Поль Погба: главнокомандующий полузащиты

Getty Images
Самый дорогостоящий футболист мира Поль Погба обсудил с Esquire прически, танцы и издевательства над журналистами.

«Сначала один голос: «Засуньте свой сраный ИГИЛ себе в жопу!» — на мелодию «She’ll be Comin’ ‘Round the Mountain». За несколько секунд его подхватывает весь бар и две тысячи фанов МЮ поют как один: «ЗАСУНЬТЕ СВОЙ СРАНЫЙ ИГИЛ СЕБЕ В ЖОПУ!»

День перед встречей с Полем Погба выдался просто ужасный. Манчестер готовился к матчу с Аяксом в финале Лиги Европы в Стокгольме. Болельщики живут ради подобных еврокубковых ночей. Но Манчестер притих. Менее, чем за двое суток до начала матча на концерте Арианы Гранде прозвучал взрыв, забравший жизни 22 человек. Жители города сплотились как никогда: даже болельщики Манчестер Сити сегодня желают победы соседям из Юнайтед.

Этот город снова стал домом для Поля Погба. Его называли «ближайшим аналогом Канье Уэста от футбола», и он действительно временами прекрасен, временами непонятен — как на футбольном поле, так и за его пределами. Но что у Поля не отнять, так это то, что он самый неповторимый и выделяющийся игрок Премьер-лиги на данный момент.

Вначале Евро-2016 — на котором Франция дошла до самого финала — Гари Линекер задал вопрос: «Является ли Погба самым переоцененным игроком в мире?» Критики подхватили эту волну после 90-миллионного трансфера из Ювентуса в Манчестер Юнайтед прошлым летом, когда Погба стал самым дорогостоящим игроком планеты. Даже Фрэнк Лампард не упустил шанс подметить, что «Погба все еще не нашел свою позицию на футбольном поле». А когда появилась информация, что больницы всего Большого Манчестера потратили на зарплаты своих сотрудников сто миллионов фунтов, спортивный журналист Пол Хэйуорд запостил в Твиттере: «Столько же потратили на Поля Погба. В том же городе».

Жозе Моуриньо, который добился переезда Погба на Олд Траффорд — спустя всего четыре года после того, как Поль покинул МЮ буквально за копейки — защищал своего подопечного изо всех сил. Иногда это доходило даже до смешного. Но даже в Манчестере Погба не любят. Его там обожают. В этом и проявляется легкая манкунианская парадоксальность. Если им говорят, что они выбросили деньги на ветер, реакция будет прямо противоположной. И именно эти «деньги на ветер» забили первый гол в матче, который подарил МЮ место в Лиге чемпионов на следующий сезон. А уже утром «деньги на ветер» дали интервью Esquire.

Часть первая: Футбольные вопросы

— Поздравляем с победой. У вас, наверное, сегодня хорошее настроение.

— Думаете, вам в этом плане повезло? Ничего подобного, я всегда в хорошем настроении. Постоянно. А иначе никак. В жизни и так достаточно вещей, которые навевают грусть — так что надо веселить себя самому.

— Моуриньо после матча сказал, что в этом сезоне все постоянно пытались убедить его в том, что Манчестер Юнайтед — худшая команда на свете. А он сам — худший тренер. Как считаете, вам удалось доказать обратное?

— Ну да, мы худшая команда , кто бы сомневался. Вот только у нас уже три трофея. Поэтому (смеется) можете говорить что угодно. Мы худшие? Окей, я не буду спорить. Мы действительно играли плохо, плохо делали то, плохо делали се. Но знаете, что мы сделали как следует? Завоевали три трофея. Вот это я знаю точно. Вот это действительно имеет значение. Потому что можно быть самой сильной командой на свете, показывать великолепнейший футбол и не выиграть ничего. И кто тогда об этом вспомнит? Никто. Правда же?

— А вы сами считаете, что были худшим футболистом на свете?

— Ну естественно, а как же. Худший футболист на свете выигрывает три трофея! Ха-ха! Ладно, как скажете. Я не спорю, я со всем согласен. Самый переоцененный, деньги на ветер, завышенная зарплата — все, что вам угодно. Вот только этот неудачник будет весь следующий месяц наслаждаться отпуском с медалью на шее. Вот и хорошо. А впереди еще и Лига чемпионов…

— Значит, вам повезло?

— Ну как для худшего игрока мира я довольно везучий парень. Получается так.

— А как вы сами оценили бы свои выступления в этом сезоне?

— Нет предела совершенству, мы всегда учимся чему-то новому. Это был первый сезон в Манчестер Юнайтед, в клубе сменился тренер, изменилось все. А меня подписали еще и за огромные деньги, поэтому и судили мои выступления строже. Я был готов к этому. Люди всегда будут что-то болтать — хорошее или плохое. Но мои возможности мне хорошо известны. Если я отыграл плохо — я понимаю, что отыграл плохо. Если я отыграл хорошо — я понимаю, что отыграл хорошо. Так что мне не надо рассказывать, что я делаю хорошо, а что плохо. Я сам все знаю. Но газеты должны продаваться, а для этого им нужно о чем-то писать. И чтобы продаваться еще лучше, они хотят писать обо мне.

— Каково это — быть самым дорогостоящим футболистом мира? Вы испытываете гордость по этому поводу? Или дополнительное давление?

— (вздыхает) Через неделю после трансфера я уже об этом забыл. Только окружающие время от времени напоминали. Потому что, в конце концов, когда умираешь, неважно, самый дорогой ты или самый дешевый, — все лягут в могилу. Так что я об этом даже не думаю.

— Последние несколько недель у вас получились очень тяжелые: после длительной борьбы с раком умер ваш отец, а потом эти взрывы в Манчестере. Как эти события на вас повлияли?

— Когда кого-то теряешь, все меняется. Поэтому я и говорю, что нужно наслаждаться жизнью — она слишком коротка. Я еще помню, как разговаривал со своим отцом, а теперь его нет. Мой папа был очень сильным мужчиной, очень упертым. Он пытался побороть болезнь, но в его возрасте это не так уж просто. Он был прекрасным человеком, любящим отцом, я горжусь тем, что являюсь его сыном. Он был самым веселым человеком из всех, кого я знал. Каждый раз, когда я с ним виделся, я обязательно смеялся. А еще папа был очень умным — профессор. Радостные вещи надо помнить.

— Ваш отец болел большую часть предыдущего сезона. Сложно было держать себя в руках, когда вы играли практически каждую неделю?

— Да уж, футбол не ограничивается тем, что происходит на поле. Нужно иметь сильный характер и уметь переключаться на игру перед матчами. Это непросто, но папа никогда не позволял мне печалиться и отвлекаться от футбола. Он научил меня никогда не искать оправданий. Если чего-то хочешь, за это нужно бороться.

— Но это ведь еще сложнее, когда вас так сильно критикуют.

— Пускай люди говорят, что хотят. Болтать будут всегда. Даже в моей первой команде ребята прикалывались и критиковали меня. Следует помнить, что на нашем месте мечтали бы оказаться многие люди, — нам повезло. Но лично я многим пожертвовал. Когда я был помоложе, то практически не виделся со своей семьей, постоянно ходил на тренировки, не гулял с друзьями, переехал из страны и все тому подобное. Приходится чем-то жертвовать, но не надо опускать руки и сдаваться. Сдаваться? Я не знаю такого слова.

— Как мусульманин, живущий в Манчестере, ничего не хотите сказать жителям города?

— Сейчас очень трудно, но сдаваться нельзя. Нельзя дать им проникнуть в наши головы — нужно давать отпор. В жизни случаются грустные вещи, но она продолжается. А убить человека… Это какое-то сумасшествие, не хочу связывать с этим религию. Это не ислам, и всем прекрасно известно об этом. Наверное, я не один так считаю.

Getty Images
Часть вторая: Вопросы о жизни

Погба, даже зарабатывая сумасшедшие 15 миллионов фунтов в год, имеет право утверждать, что отработал каждый пенни. Он вырос в восточном пригороде Парижа, недалеко от Диснейленда; его родители, оба из Гвинеи в западной Африке, переехали во Францию за пару лет до рождения Поля. Двое братьев были рождены в Африке. Семья жила небогато: родители разошлись, и Поль остался с мамой, двумя родными и одним двоюродным братом в квартире. Футбол дал ему и его семье то, о чем они не могли даже мечтать.

— Опишите свой родной район.

— Я вырос практически во дворе. Постоянно играл в футбол со своими друзьями. Он мне очень нравился еще с самого детства. И единственное, чего я хотел в жизни, — это стать профессиональным футболистом.

— Для вас это был способ достичь чего-то серьезного?

— Ну да. Хотя теперь уже не так-то легко вспомнить то время. Просто когда, к примеру, очень хочешь какие-то кроссовки, то получаешь их и начинаешь носить каждый день. И со временем тебя начинает от них воротить. Но нужно всегда помнить, как ты их хотел, как за них боролся. Надо наслаждаться радостными моментами, каждым моментом, когда ты носишь свои желанные кроссовки. Поэтому я до сих пор наслаждаюсь каждой секундой, проведенной на тренировках или матчах в конце недели. Потому что я помню, как этого хотел.

— Ваша семья жила бедно?

— Бедно? По французским меркам — да. По африканским — мы были богачи. Я бы не казал, что мы жили бедно. Просто мы не всегда получали то, чего хотели.

— Вы спали на одной кровати со своими братьями и кузеном?

— Да, мы спали по трое, четверо, пятеро на одной кровати. Но это было очень радостное время, потому что мы все были вместе. Честно говоря, я никогда не жаловался: у нас была вода, какая-то еда. Одежда тоже была, пусть и не всегда самая лучшая. Никогда бы не сказал, что мы жили бедно — в мире полно людей, на фоне которых мы были просто богачами.

— Чем занималась ваша мать?

— Она работала в магазине, уборщицей. Она вкалывала, не покладая рук, чтобы прокормить пятерых людей в доме — и все на ней. Никакой родни, она осталась одна. А матери-одиночке воспитать пятерых детей очень нелегко. Поэтому у нас такой сильный характер. Иначе никак.

— Вы помните, что купили в первую очередь, когда начали зарабатывать деньги?

— Этого я никогда не забуду. Мне было 18 или 19 лет, и я купил себе первую пару «лубутенов». Белые. Даже две пары, если точнее. Я после этого месяц гулять не ходил, ничего не покупал. Думал: «Никогда в жизни больше «лубутены» не куплю». Дороговато как-то за обувь, особенно если знаешь цену заработанных денег. Жизнь пролетает быстро, нужно что-то делать и наслаждаться своей жизнью, но вовсе не обязательно забывать о других людях.

— У вас эти «лубутены» еще остались?

— Прикиньте, меня в Италии ограбили и украли как раз эти туфли. Так что, пожалуйста, дорогой грабитель, пришли мне туфли назад, они мне очень дороги. Остальное оставь себе, а туфли пришли!

— Есть какие-нибудь вещи, которые вы все еще хотели бы купить?

— Я всегда любил моду, но со временем мой интерес к ней ослабевает. Все меньше времени, чтобы ходить по магазинам. Теперь я предпочитаю оставаться дома и отдыхать.

— Вам не было грустно в 16 лет покидать Францию ради Манчестера?

— Нет, наоборот, это было прекрасно. Я выучил английский, познакомился с новой культурой, завел новых друзей, к тому же это был интересный вызов. А я люблю вызовы, и этот принял с радостью.

— Вы тогда говорили по-английски?

— Не особо, только: «Good morning», «good afternoon»… «one, two, three, four, five…»

— Вы понимали, что вам говорил сэр Алекс Фергюсон?

— Нет! Нет, не понимал. Сперва, конечно же. Я даже манкунианский акцент своих товарищей по команде не мог разобрать. Они тараторили очень быстро, и я постоянно просил: «Помедленнее, помедленнее…» Разговаривать на английском я не мог. А сейчас мои друзья надо мной смеются : «О, я помню, как ты двух слов связать не мог, а теперь говоришь лучше, чем мы, да еще с манкунианским акцентом!» Веселуха.

— Почему вы в свое время покинули Юнайтед?

— Я ушел из Манчестера, чтобы играть. Это все, чего я хотел. Даже несмотря на свою молодость, я чувствовал, что уже могу играть, и не хотел больше ждать. Не в Манчестере — значит, где-то в другом месте. Но глубоко в душе я знал: «Это еще не конец, я еще вернусь». Мама тоже говорила, что я еще вернусь в Манчестер. И вот я здесь — стригусь у своего старого парикмахера.

Getty Images
Часть третья: Глупые вопросы

Да, именно это и происходит во время нашего интервью. Погба, голый по пояс, сидит в парикмахерской накидке, с часами Richard Mille на руке и серьгами от Cartier в ушах. На финал он сделал себе белые полосы, а теперь, перед поездкой в Мекку, решил перекраситься назад в черный.

Стрижет его Крис Рок (aka The Boss) — старый мудрый ямаец. Он начал подстригать Поля, еще когда тот был подростком, и их воссоединение стало еще одной радостью, которая ждала футболиста после возвращения в Манчестер. Раньше Рок арендовал кресло в парикмахерской на Честер-роуд, но все изменилось, когда к нему как-то случайно заскочил Рио Фердинанд. С тех пор Крис стал популярен у футбольных суперзвезд АПЛ — среди его клиентов Рахим Стерлинг, Джесси Лингард и даже канонир Данни Уэлбек. Пока Рок делает свою работу, я спрашиваю у Поля, когда он в последний раз стригся. Он качает головой: «Давно. Недели две назад».

— Объясните читателям постарше, что это у вас за танец такой — «даб»?

— Во-первых, он появился в Америке у хип-хоп коллектива «Migos». Я начал его повторять, потому что мне нравилась музыка, да и сам танец. И людям тоже понравилось. Но даб — это даб, он в прошлом. Его место занял «Билли-денс».

— Что такое «Билли-денс»?

— Вы видели его в матче против Аякса. Его придумал мой друг Билли. Он мне как брат, сейчас работает тренером. Один из лучших людей, с которыми я рос. Я играл с этими ребятами в детстве, и они до сих пор остаются моими самыми близкими друзьями. И танец у нас свой. Я проверю, чтобы все его выучили и в FIFA-2018 он уже был!

— Кто в МЮ танцует хуже всех?

— Тимоти Фосу-Менса. Тимо — хуже всех! Но он веселый парень.

— А кто заведует музыкой?

— Эшли Янг и я, DJ Pogs.

— И какую музыку ставит DJ Pogs?

— Мне нравится африканская музыка: Wizkid, Davido. И американская: Migos, Drake, Future, Travis Scott, Ariana Grande, Beyonce.

— А старые манчестерские группы вроде Stone Roses, Oasis?

— Манчестерские группы? Не, не слышал, не застал то время.

— Какие ваши любимые фильмы?

— «Криминальное чтиво», «Гладиатор», «Лицо со шрамом».

— Не видите себя в будущем на съемочной площадке?

— Вы хотите, чтобы я стал новым Дензелом Вашингтоном?

— Наверное.

— Посмотрим. Почему бы и нет.

— У вас сейчас есть подружка?

— Нет. Моя подружка — это моя мама.

— Не планируете заводить семью?

— Я хочу детей! Конечно, я хочу детей! Надеюсь, когда-то и жена будет. Только всему свое время. Сейчас я не смогу никому подарить свою любовь. Я не смогу посвятить девушке всего себя. Пока что мне необходимо сосредотачиваться на футболе, а потом, когда придет время и я найду свою единственную — почему бы и нет?

— Как вас называют товарищи по команде?

— La Pioche. Это значит «Шутник».

— Кто вас так прозвал?

— Я сам придумал. Это из фильма, только там кличка употреблялась в другом контексте.

— С кем вы больше всего любите дурачиться?

— С журналистами, ха-ха! Да ладно, я люблю шутить со всеми. Иногда вижу грустного человека, и мне хочется его развеселить. Вот вы пришли с кислой миной, а теперь смеетесь. И по дороге домой будете думать: «Боже, вот это веселый парень, так меня рассмешил!»

В словах Погба есть доля правды. Вживую он намного добрее и человечнее, чем кажется на экране. Но, на самом деле, он не желает создавать впечатление милого парня. Он хочет, чтобы к нему относились, как к одному из величайших футболистов современности наравне с Мишелем Платини и Зинедином Зиданом, с чемпионами мира и обладателями Золотых мячей. Возможно, 90 млн за такого парня — не так уж и много?

А какие же у Погба планы на это лето? Куда он повезет с собой свои медали и трофеи? «А что? — улыбается он, окончательно покоряя мое сердце. — Хотите со мной?»

Перевод Sport Arena

Теги:
В избранное
Добавить комментарий
Сейчас обсуждают
Подпишитесь на наши
страницы в соцсетях:
Войдите, используя аккаунт
социальных сетей:
Или аккаунт Sportarena
Регистрация на Sportarena
Восстановление пароля на Sportarena
Спасибо за регистрацию!

На ваш e-mail отправлено письмо с логином и паролем чтобы вы их не забыли.
Мы отправили письмо на ваш e-mail с логином и паролем. Проверьте свой почтовый ящик, пожалуйста.
Внимание

Изображение
Выбрать файл
Добавить цитату
Внимание

Вы уверены, что хотите удалить этот комментарий?

Внимание

Вы уверены, что хотите удалить все комментарии пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите отклонить комментарий пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в спам?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в корзину?