От футбольного фаната до военного преступника: жизнь и смерть сербского генерала Аркана

...

О войне, мире и немного о футболе.

От футбольного фаната до военного преступника: жизнь и смерть сербского генерала Аркана

Вообще это должно было случиться. Не было ни единого шанса этого избежать.

Когда в 1990 году националисты во главе с Франьо Туджманом победили на выборах в Хорватии, стало понятно, что столкновения вот-вот начнутся. Правящая верхушка в Белграде не шла на компромисс и пыталась спасти государство, время которого безвозвратно прошло.

Обстановка везде, от Словении до Косово, была накалена до предела. Все могло рвануть в любой момент, и так получилось, что старт мясорубке дал футбольный матч.

13 мая 1990 года в Загребе местное Динамо так и не доиграло поединок против Црвены Звезды. Вместо игры в футбол на Максимире произошло побоище тысяч фанатов: дрались на трибунах и прямо на поле; в ход шли сидения, палки, даже холодное оружие.

Три тысячи сербов скандировали «Загреб – сербский!» и «Мы убьем Туджмана!». В ответ хозяева зверели, и даже Звонимир Бобан ввязался в драку, ударив полицейского ногой по лицу. В раздевалку его провожали, как героя – устроив живой коридор. Лига дисквалифицировала будущего замгенсека ФИФА на полгода, но он ни о чем не жалел: «Пусть я публичное лицо, я готов рисковать ради Хорватии славой и даже жизнью».

А вот Желько Ражнатович в тот день не говорил ничего. В те годы он в принципе избегал телевизионных камер. Чего не скажешь о тюремных.

По итогам побоища на Максимире его арестовали, но ему было не привыкать. Еще подростком он затесался в компанию «щипачей» — карманных воришек, промышлявших в богатых кварталах Белграда. В тюрьму же впервые угодил в 17 – после неудачной попытки ограбления ювелирки.

И ладно бы происходил Ражнатович из неблагополучной семьи, но ведь нет – его отец Велько был героем партизанского движения времен Второй мировой. В СФРЮ он был среди пионеров военной авиации, но не удержался на плаву и в 60-е был отправлен в отставку. Тем не менее, первую попытку сбежать из дома Желько предпринял уже в 9 лет.

В 19, после двух ходок на зону, Ражнатовичу стало окончательно тесно в Югославии, и он сбежал в Европу. Сперва была Италия, где серб грабил банки, убивал конкурентов среди бела дня и зажил славы самого бесшабашного мафиози страны. Однажды он организовал побег своего друга Карло Фабиано прямо из залы суда – ворвался в помещение, направил пистолет на судью и выпрыгнул с подельником в окно.

Поймать Ражнатовича, который к тому времени обзавелся прозвищем «Аркан» (с ударением на первый слог), удалось бельгийцам в 1974 году. Желько осудили на десять лет, но отсидел он половину – через пять лет сбежал и вскоре «наследил» в Швеции и Нидерландах, где промышлял все тем же – разбойными нападениями и ограблениями.

Голландцы поймали рецидивиста в 1980-м, но уже через год он снова был на свободе – сбежал с помощью пистолета, «случайно» оставленного охранником. Тот же фокус Аркан потом повторял в ФРГ и Швейцарии – попадался, но с невиданной легкостью сбегал из-за решетки. Эта неуловимость вкупе с показной наглостью (например, серб оставлял на месте своих преступлений розы) сделали из Аркана легенду криминального мира.

***

Вернулся в Югославию он только в конце 80-х – но уже не щипачом, а преуспевающим бизнесменом, к которому не было вопросов ни у полиции, ни у службы безопасности.

Это породило стойкие слухи о том, что в Европе Ражнатович помимо бандитизма работал на спецслужбы, которые и помогали ему сбегать из тюрем. Молва даже приписывала тогдашнему министру внутренних дел Югославии Стане Доланцу слова, мол, Аркан эффективнее всех зарубежных резидентов УДБА (агентства безопасности) вместе взятых.

Конечно, Ражнатович все отрицал. Но факт остается фактом: по возвращении в Югославии он подмял под себя нелегальные казино по всей стране, а власти его в этом покрывали.

Отмазали Аркана и после побоища на Максимире. На тот момент он был уже не просто удачливым уголовником, но главой Делийе – крупнейшего объединения фанатов Црвены Звезды. Именно из ультрас Ражнатович в октябре 1990-го создал Сербскую добровольческую гвардию, которая с первых дней воевала на стороне Сербской Краины против Хорватии.

Поначалу в СДГ входило 24 человека, причем у большинства не было даже оружия. Но благодаря поддержке местных жителей всего за месяц численность отряда выросла до 600 человек, а саму СДГ в народе прозвали «Тигры Аркана». Ражнатович особо подчеркивал, что его отряд не имеет отношения к официальным властям и сражается чисто за идею. Это было важно, ведь методы, которые использовали «Тигры», через десяток лет привели многих участников тех событий в Гаагу.

Всего за четыре года активной войны в Хорватии и Боснии через СДГ прошло 10-12 тысяч человек, при этом в боях погибло не более сотни. В Сербии этот феномен объясняют подготовкой «Тигров» — за нее тут отвечал бывший офицер Иностранного легиона Милорад Улемек, который ввел в подразделении сухой закон и поддерживал строжайшую дисциплину. Как результат – в 1991-м СДГ была среди передовых отрядов, вошедших в осажденный Вуковар.

***

В то время популярность Аркана в Сербии зашкаливала. Говорят, за всю историю Вечного дерби Гробари и Звездаши пели в унисон только раз – 22 марта 1992-го, когда на стадион Райко Митича в полном обмундировании пришли «Тигры». В руках у них были таблички «До Вуковара 20 км», «До Вуковара 10 км» и «Добро пожаловать в Вуковар».

Аркан прошел на сектор последним, и ему стоя аплодировали фанаты обоих белградских клубов. Основное время матча, кстати, закончилось со счетом 0:0 – в тот вечер даже игрокам было не до футбола.

Шла война, и принцип «свой – чужой» вышел на первый план: о зверствах Тигров знали все, но если в Сараево Арканом пугали детей, то в Белграде о нем слагали песни. Сам же полевой командир идеалистом никогда не был, и пока другие воевали, он по старой привычке наживался на контрабанде. Благодаря базе в городке Эрдут Аркан контролировал добычу и экспорт нефти с месторождения Джелетовац – на секунду, 150 тысяч тонн в год. Также «Тигры» подмяли под себя нелегальный рынок алкоголя и наркотиков в Краине, за что европейская пресса прозвала Ражнатовича «сербским Эскобаром».

Официальные власти в Белграде предпочитали это не комментировать. Об Аркане говорили, как о покойнике – либо хорошо, либо ничего. И по мере того, как сербы проигрывали войну, молчание становилось все угрюмее. В 1995-м Хорватия во время операции «Буря» положила конец существованию Краины. Обстановка в Боснии тоже была не из лучших. «Тигры» Аркана обещали исправить положение у городка Сански Мост, но на деле отметились только неслыханными этническими чистками.

На этом бесславном походе их боевой путь и завершился. Вскоре были подписаны Дейтонские договора, и горячая фаза войны в Боснии и Хорватии закончилась. Аркан, накопивший огромный капитал на контрабанде в военное время, распустил СДГ и начал новую жизнь – как и большинство полевых командиров тех лет, он попытался совместить криминал и политику.

Ражнатович стал депутатом от Приштины еще в начале 90-х. Его ксенофобская программа была в духе тех лет, и завоевала поддержку местного сербского населения. Но вот в официальный Белград его невзлюбил. Налицо конфликт идеологий – коммунист Слободан Милошевич не воспринимал ультраправого полевого командира. Идея Аркана о «Соединенных штатах Сербии» резко диссонировала с политикой властей, которые после фактического поражения в гражданской войне были вынуждены идти на уступки перед Западом.

Так Аркан из помощника Милошевича в самых грязных делах превратился в его главного критикана. Опасное дело, надо сказать, но Ражнатовича долгое время оберегала его невиданная популярность среди простого народа, которую он изо всех сил поддерживал.

Так, в 1995 году он женился на самой популярной сербской поп-певице тех лет Светлане Величкович (Цеце), арендовав для гуляний всю (!) гостиницу Интерконтиненталь. Трансляцию свадьбы в прямом эфире показывало сербское телевидение. Ну а про наряд жениха и говорить излишне – это просто надо видеть.

Приглашали на свадьбу и Милошевича, но тот вежливо отказался, передав поздравления молодым через своих помощников.

В 1996-м Аркан вплотную занялся футболом. Он защитил дипломную по теме «Подготовка футболиста к матчу», а затем выкупил маленький клуб Обилич, который с его деньгами через два года стал чемпионом Сербии (там, среди прочих, начинал карьеру стоппер Металлиста Милан Обрадович).

Западные СМИ негодовали: не может клуб, чей президент разыскивается Интерполом, играть в Лиге чемпионов! Чтобы волна утихла, Аркану пришлось переписать Обилич на Цецу. И вот под ее руководством клуб чемпионат больше не выигрывал, да и вообще скоро сдал позиции.

Конечно, певица тут ни при чем – 15 января 2000 года Ражнатовича убили в ресторане. Прошло полгода после завершения войны в Косово, но на фронт Аркан не вернулся – обещал лишь, что воссоздаст СДГ в случае наземной операции НАТО. В те годы он уже был под следствием Гаагского трибунала из-за геноцида мусульман в Боснии, но, кажется, ничуть из-за этого не переживал. Напротив – он раздавал массу интервью западным СМИ. Корреспонденты его любили, ведь Аркан бегло говорил на трех языках и в отличие от большинства полевых командиров, которые с трудом связывали два слова, охотно разъяснял свою позицию.

За что убили Аркана? Кто его заказал? Ответов не последовало. Трое исполнителей получили по 30 лет тюрьмы, но заказчиков не выдали.

Не на камеру многие кивали на Милошевича – дескать, Аркан был слишком богат, влиятелен и популярен в народе, поэтому представлял угрозу. Провластные СМИ намекали на криминальные разборки – и у них тоже есть свои аргументы. В конце концов, смертью Ражнатовича все не ограничилось – вскоре были расстреляны также его кум Миодраг Стоянович и целый ряд близких друзей.

Те же соратники Аркана, которые выжили, в 2003-м еще раз «отметились», убив премьер-министра Сербии Зорана Джинджича. Националисты называли его предателем, обвиняя в связях с НАТО. Но их это не спасло – «легионер» Улемек, например, суммарно по трем делам получил 95 лет тюрьмы.

Вскоре после убийства Джинджича власти арестовали и Цецу. По слухам, в тюрьме у нее началась ломка, и следователи обещали ей наркотики в обмен на имя заказчика. Но «Сербская вдова» выпуталась. Она и сегодня популярна на родине, издает альбомы, а недавно была судьей местного аналога шоу «Голос».

Ну а что касается ее мужа, для миллионов сербов Аркан как был героем, так и остался. На его похороны пришли его девятеро детей (шестеро – внебрачных), две жены и половина Белграда. Цепочка желающих попрощаться с «сербским Эскобаром» растянулась на километры, и никого в том людском море не интересовали расстрелы и грабежи, устраиваемые «Тиграми» в боснийских селах. У войны нет морали, и нет сочувствия к «чужим».

Зато чего у нее в избытке, так это легенд. Расстрелянный «своими» генерал Аркан, превративший разрозненных футбольных фанатов в наиболее кровожадных защитников «сербского мира», намертво вклеен в мифологию балканских войн, у каждой стороны по-своему.

И что бы там не нарыли прокуроры в Гааге, это уже ничего не изменит – ни для хорватов, ни для боснийцев, ни для сербов.




Sport Arena запустила блоги. Общайтесь, обсуждайте, спорьте.

Добавить комментарий
Новости Футбола
Или аккаунт Sportarena
Внимание

Изображение
Выбрать файл
Добавить цитату
Внимание

Вы уверены, что хотите удалить этот комментарий?

Внимание

Вы уверены, что хотите удалить все комментарии пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите отклонить комментарий пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в спам?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в корзину?