Sportarena

Квашук: Вышел против Коноплянки, а Морозюк говорит: «Малой, будь возле меня, я умираю, эти дяди не за фантики играют, а за серьезные деньги и очки»

Экс-полузащитник Динамо - об украинском, белорусском и азербайджанском футболе.
Квашук: Вышел против Коноплянки, а Морозюк говорит: «Малой, будь возле меня, я умираю, эти дяди не за фантики играют, а за серьезные деньги и очки»

Виталий Квашук — одна из главных сенсаций прошедшего чемпионата Беларуси. Играя за клуб-аутсайдер «Гомель», украинец имел большие шансы стать лучшим бомбардиром высшего белорусского футбольного дивизиона.

В интервью. Sport Arena Виталий откровенно рассказал о проблемах в академии Динамо, неудачах в Заре и Олимпике, вояже в Азербайджан и личном успехе в Беларуси.

— Виталий, до прошлого сезона ты никогда много не забивал, а тут отличился 14 раз в чемпионате Беларуси и имел все шансы стать лучшим бомбардиром Высшей лиги. Что изменилось, что так увеличилась результативность?

— Многие спрашивают. Психологически изменил себя. Просто в Беларуси немного другая жизнь, люди какие-то спокойные все, чуток закрытые, вот и я тоже стал немного таким же. Лишь бы обо мне ничего плохого не сказали, лучше буду в стороне и никому не буду мешать, не буду брать на себя ответственность. Это мне и мешало. Я приезжал в Киев, и жена говорила: «Что с тобой такое? Ты какой-то другой?».

Потом я играл в Азербайджане, за Сабах вместе с Девичем. И упал в еще большую психологическую яму. Но нашлись люди, которые помогли мне это побороть, полностью проветрил голову и перезагрузил свою жизнь. Стал самим собой и забил на всё. Чисто психология, ничего сверхъестественного. Не было такого, чтобы я, как Месси полкоманды обыграл и забил. Просто появилась вера в себя. И наступил переломный момент.

— Как считаешь, если бы не травма – мог бы побороться за титул лучшего снайпера чемпионата Беларуси?

— Мне все ребята из команды говорят об этом. Но у меня изначально не было такой задачи. Забивал – ну и хорошо. Был момент – решал.

Но ты решил разойтись с Гомелем.

— Сейчас жду предложений, хороших предложений. Они вроде, как и есть, и при этом их нет. Скажу откровенно, из той же Беларуси нет конкретных, нормальных предложений.

— Хобленко вот как раз покинул Брест. Может вместо него?

— Нет, из Бреста со мной не связывались. Тут дело в том, что ужесточили лимит на легионеров. Вообще-то, я в этом году уже мог бы получить вид на жительство в Беларуси. Уже не считался бы легионером и, вероятно, остался бы там. Но все сложилось иначе. Значит так суждено.

— В Украине нет вариантов?

— Есть. Но я, честно говоря, не особо хочу. Я люблю Украину, но какие-то моменты из прошлых выступлений за украинские клубы нагоняют пессимизм. Мы с женой думали об этом. И больше скептицизма тут. У меня был уже вояж в тот же Олимпик, я обжегся там, разочаровался в людях и больше не хочу испытывать свою судьбу. Поэтому, нужно подумать, все взвесить. Я никуда не спешу, главное, что предложения есть и время тоже.

«Раньше, чтобы из академии попасть в первую команду Динамо, представляешь, каким талантливым нужно быть, и как всё должно сложиться»

— Ты воспитанник Академии Динамо. С кем довелось вместе поиграть?

— Яремчук Ромка выстрелил. Мы с ним вместе поиграли. Он 95-го, а я 93-го года [рождения], помню хорошо его. Сейчас он, конечно, уже другой. Смешной парень, любил пошутить с ребятами, которые постарше. Он был очень худой, я думал, что его будет ветром сдувать. А сейчас смотрю на него – ну моща же. Надеюсь, что и дальше у него все будет круто.

Влад Калитвинцев тоже со мной играл. Антон Братков еще был. Виталик Буяльский и Андрей Тотовицкий в Академии тоже с нами были. Жека Макаренко был, но он 91-года. Но все равно, мы все вместе на выезда ездили.

— Так что всё-таки не получилось в Динамо? Слышал, у тебя был конфликт с Мунтяном.

— Раньше я был очень прямой парень и немного конфликтный (улыбается). Не сказал прямо, что конфликт был. Я сначала поругался со своим детским тренером [Павел Кикоть — прим. Ред.]. А у меня постоянно были предложения от донецкого Металлурга. Я решился поехать к ним в дубль. Мне тогда лет 15 было. Помню, как сейчас, приехал, вышел на пробежку, и тут прямо на тренировке ко мне подходят и говорят: «Звонят с Киева, хотят, чтобы ты играл за дубль Динамо». Я услышал это, у меня глаза на лоб, мне как раз Металлург хотел контракт предложить. Извинился и поехал обратно в Киев. Потихонечку меня начали подпускать к дублю. Было тяжело, там огромные дядьки бегают, а я малый еще, школьник.

Читайте также: «Золотая молодежь»: символическая сборная U-19 2019-го года

— Так что всё-таки случилось у тебя с Мунтяном?

— Была одна ситуация. Стоим в шеренге, Мунтян что-то рассказывает, потом смотрит на меня и спрашивает, какой у меня размер ноги. Говорю: «43-й». Он отвечает: «У хорошего футболиста не может быть 43-й размер ноги, как ты вообще хочешь играть в футбол». Я просто в шоке был. А мне было 15-16 лет. А тут меня при всех мужиках полоскают вот так. Понятное дело, Владимир Мунтян – это очень уважаемый мужик, это легенда. А я психанул очень жестко. И потом ушел в дубль Металлурга. Конечно, я понимаю, что был не прав: молодой, любил покричать, не понимал, за что мне пихают

— Как считаешь, нет ли проблем в структуре Динамо: много легионеров, которые должны играть, и поэтому не получают шанс воспитанники?

— Когда я был в Динамо, там настолько тяжело было пройти всю лестницу по этапам… Смотри, ты заканчиваешь академию, идешь в Динамо-3, тогда еще такая команда была. Потом Динамо-2, а дальше уже дубль и первая команда. 4 ступеньки. Чтобы туда попасть, представляешь, каким талантливым нужно быть, и как всё должно сложиться. Это просто без шансов. Я себя, конечно, уважаю, как футболиста, но тогда реально нереально было попасть. Там были такие люди, они такое с мячом творили — смотреть страшно было. 15 человек забрали в Динамо-3 и Динамо-2, а меня то хотели брать, то  не хотели. Возможно, из-за характера. Возможно, это было в воспитательных целях.

Я с другими ребятами тренировался отдельно от команды. Чувствовал себя отбросом. Не захотел сидеть и поехал в Металлург Донецк. Хорошо, что я не был на контракте.

«Шищенко дровосеков не любил»

— Свой единственный матч в УПЛ, ты сыграл за донецкий Металлург при Максимове. Помнишь хорошо его?

— Такое невозможно забыть. Матч против Днепра [сезон 2012/13 — прим. Pед.]. У первой команды тогда были проблемы с игроками, многие сломались, полузащитников почти не было. Коля Морозюк тогда играл справа в полузащите, и его поставили на правый фланг обороны. Все были в лазарете, я попал в заявку. Играем 0:0. Сидим на лавке, а тогда сильный дождь был, один игрок споткнулся, второй упал, а у меня бутсы «шестерки» были. И наш тренер Юрий Максимов говорит: «Кто споткнется – тому ……». Я сразу понял и переобулся (улыбается). Он думает кого выпускать, смотрит на лавку, а там все защитники, смотрит на меня и говорит: «Ты давай».

Вышел на фланг, а там Коноплянка и Стринич. Мне Морозюк говорит: «Малой, лучше вперед не иди, а будь возле меня и помогай, а то я умираю, ты же понимаешь, что эти дяди не за фантики играют, а за серьезные деньги и очки».

— Как считаешь, почему больше не получал шанс сыграть?

— Наверное, сильно не проявлял себя. Забивал бы в каждом матче, может быть, сыграл бы больше. Сейчас пришел к тому, что ты можешь быть хорошим игроком, но твои сильные качества должен увидеть конкретно тренер. А пока до тренера дойдет информация про тебя через пять человек, то уже сильно исказиться.

— Ты работал в Металлурге с Максимовым, Пятенко и Шищенко. Можешь рассказать про каждого?

— Юрий Вильевич Максимов – классный мужик, хоть я с ним не очень долго поработал. У него помощник был очень крутой — Виктор Ульяницкий. Мужик топовый. Они создали крутую атмосферу, было много веселья и приколов. При этом Вильевич очень сильно переживает за результат, много эмоций. Была ситуация забавная, на тренировке Максимов разделил украинцев и легионеров на две команды и началась рубка.

Читайте также: В ожидании приглашения: украинские тренеры, которые сейчас без клуба

Владимир Пятенко очень строгий тренер и требовательный. Он как крикнет, так у меня аж сердце вниз пойдет. На грани – «боюсь/уважаю». Мне кажется, он меня недолюбливал. Все-таки, мы тогда еще были молодым и горячими, где-то нарушали. И он был прав, когда наказывал.

С Сергеем Юрьевичем Шищенко виделись вот буквально недавно в Киеве. Общались с ним с обеда до вечера, я еще из-за этого занятие в зале пропустил (смеется). Очень грамотный тренер и любит развиваться, поставить игру через пас, а чтобы кто-то просто выбил мяч – он бы подзатыльник дал. Он дровосеков не любил. У него огромный потенциал, ему бы его реализовать.

«Иду в ресторан в Луганске, а над головой самолет летит, паника, ракеты летают, люди бегают с автоматами, куча крови, настоящий ад»

— Ты играл в луганской Заре, когда команда еще проходила переходной этап и не была топ-клубом в Украине?

— Да, они, тогда как раз балансировали на грани зоны вылета и попадания в шестерку. В Заре у меня вообще ничего не получилось. Как мне кажется, Вернидуб долгое время обо мне вообще не знал. Вероятно, подписали просто без его ведома. Может быть, я понравился Сергею Рафаилову и он захотел меня взять в команду. Тяжело сказать. Постоянно хотел уйти в аренду, но долго не получалось.

— Вспомни момент, когда Заря переезжала из Луганска в Запорожье. Тяжелые времена были?

Очень тревожно. Я познакомился тогда со своей будущей женой, и летом у нас должна была быть свадьба. Я уже готовился к этому, договаривался обо всем. Иду в ресторан, а над головой самолет летит. Началась паника, не могу дозвониться жене, ракеты летают, люди бегают с автоматами, куча крови, настоящий ад.

Слава Богу, все обошлось для нас. Мне позвонили и сказали, что команда переезжает в Запорожье. Мы отыграли свадьбу, а на фоне — выстрелы и взрывы, как раз в Луганске захватывали воинскую часть какую-то. Я очень переживал за жену, за гостей, за родителей. Это очень жестко, не смог отдохнуть, постоянно на взводе.

Поехали в медовый месяц в Турцию, возвращаемся — и уже война началась. Все поезда переполнены, автобусы не ходят, еле-еле на машинах как-то добрались, на блокпостах всех шарашат. Это был ужас. Повезло, что вовремя выехали.

— Какие воспоминания о работе с Вернидубом?

— Тяжело что-то сказать. Мы общались с ним, конечно, я спрашивал, что мне нужно делать? Хотя где-то я понимал, что он не очень на меня рассчитывает, потому что есть другие игроки. Я был не против этого. И никогда не катил на него бочку. Хотя он никогда не говорил мне, что не видит меня [в составе], а наоборот, утверждал, что рассчитывает. Видимо, я не смог подтянуть свою игру. На сборах выходил под бешеным «током». Играли товарищеские матчи, а я мяч не мог принять, и отдать пас своему не получалось. Настолько меня все давило. Николаевич Вернидуб человек эмоциональный. Это не его проблема, а моя. Я не смог приспособиться и поплыл. Шансы ведь мне давали. В двусторонках, в Кубке Украины. Но что-то не получилось. Такова жизнь.

— С основными игроками общался хорошо? С Малиновским, Караваевым, Каменюкой?

— Со всеми общался. Малина был скромным парнем, особо мы не откровенничали.
С Караваевым также. Но за него могу только позитивно сказать, добрый он парень. Каменюка – очень крутой мужик и настоящий капитан. Он всегда поддерживал, подсказывал и никогда не пихал. Это Гриша Ярмаш мог покричать, все новенькие должны были пройти через это. Саня Грицай — тоже классный мужик. Помню, как-то я ему пас не смог отдать, так он мне так напихал… Его прямо разрывало. Сейчас я его понимаю. Я не мог пас точно отдать на 5 метров, а он с закрытыми глазами диагонали давал на 50-60 метров.

Читайте также: Слава – Україні: які титули здобували наші футболісти в 2019 році за кордоном

— Какие отношения с Рафаиловым?

— Хорошо общались. Он мужик слова. Прямой, резкий, но честный. Таких бы людей побольше, в украинском футболе все бы было нормально. Он мне помог. Мы с ним общались, и он говорит: «Виталик, уже прошло много времени, а у тебя что-то никак не получается». Я с ним согласился и попросил найти какой-то вариант, который всех устроит. Он сказал, что поможет и сделал.

— Из Зари ты поехал в Торпедо Жодино и выиграл свой единственный трофей – Кубок Беларуси…

— Да, мы тогда сенсацию сделали, обыграли БАТЭ в финале. Много украинцев было в команде. Слава Сердюк, Саша Максимов, Женя Чумак. Был брат Александра Глеба – Слава. Но команда была хорошая, это правда.

— Женя Чумак играл с тобой в команде. В свое время Сергей Ребров дал ему шанс в Динамо. Но он как-то неожиданно пропал «с радаров.» Общались с ним на эту тему?

— Да, мы об этом говорили. Хороший он парень, я ему объяснял некоторые моменты, говорил, что нужно быть скромнее, Женя ведь яркий парень, говорил мне: «Ну ты же меня на 2 года старше, что ты мне можешь рассказать?». А я считал по-другому, хоть и разница маленькая, но каждый год имеет большую роль. Особенно, если в голове все нормально, а не маргарин.

«Понадобилась неделя, чтобы понять: дубль Олимпика – тихий ужас»

— Расскажи, почему не вышло в Олимпике?

— Не люблю вспоминать об этом периоде. Даже хотел бы вообще забыть. Я привык, когда все говорят прямо, глаза в глаза, а не когда игры начинаются. Мне хотелось играть больше, а в Беларуси не было возможности, плюс родился ребенок, а Олимпик как раз играл в Киеве, то есть, не нужно было бы каждый раз ездить по 500 км. Предложили пройти просмотр, прошел, все нормально, подписал контракт. Мне еще как раз звонили из Беларуси и предлагали вернуться в Жодино, мол ошиблись. А я уже подписал контракт.

— Но в какой-то момент всё пошло не так, как хотел?

— Сразу все пошло не так. 1-й тур, играем с Зарей, две замены есть, мы проигрываем 0:2. Сидим на скамейке – два крайних хава и я, а Санжар выпускает их. Странно, мы горим, и не выпустить игрока атаки. Подумал, может ему виднее. У меня Тоха Поступаленко, Кирилл Петров, Немчанинов, все спрашивали, почему не играю? Потом чередовались матчи — то я в заявке, то вне заявки.

И тут едем с первой командой на выезд с Волынью. Мы проехали 400-500 км, автобус останавливается посреди дороги и мне говорят: «Сможешь сыграть за дубль?». А у меня уже галики офигели от дороги. После матча второй тренер говорит, что я сыграл ужасно. Меня вызвали в комнату, и мы начали общаться: «Нужно показывать уровень, надо выделяться, даже когда за дубль играешь». Начали полоскать меня.

Нет, чтобы сказать всё как есть. В таких условиях попробуй нормально сыграть: проехался с основной командой 500 км, тут тебя передергивают за дубль и сразу на поле в жару. Я сказал, что у меня уже была такая история с Вернидубом в Заре, что меня попросили сыграть за дубль, и я там и остался. Спросил у Санжара: «Есть какие-то перспективы у меня, чтобы понимать сразу?». Он в ответ: “Виталя, расслабься, тренируйся, доказывай, все будет нормально». Потом мне начали звонить каждые выходные и звать за дубль играть.

Читайте также: «Трудно как-то комментировать». Олимпик ответил на слова Селюка о расизме Гомеса

— Ты не пытался доказать, что прав?

— Мне врач рекомендовал отказаться от искусственного поля, а дубль же часто там играл. Ну и меня начали обвинять, что я не так играю, не отдаюсь.

И тут 28 августа мне сообщают: «Давай, до свиданья, ты нам не нужен!». А я им говорю, что у меня контракт на два года. Какой, ищи команду, это же у меня третий переход будет, поскольку я за дубль играл, и мне придется искать клуб или в каких-то непонятных чемпионатах, или в Первой лиге. Не хотел этого. Сказали, что буду бесплатно до зимы за дубль играть. Мне понадобилась неделя, чтобы понять, что это тихий ужас. Звоню Санжару и спрашиваю: «Может вы передумаете? Может я вам понадоблюсь еще, куда вы меня кидаете так, у меня жена, ребенок…». Он говорит, что много людей, хотят подписать игрока, а для этого кого-то убрать нужно. Ну короче я оказался лишним. Больше я не хочу об этом вспоминать.

«У нас уже после 35 песок сыпется, а Девич по тренажерам ходит, бегает, как ракета, защитников провоцирует, витамины пьет»

— Как ты оказался в Азербайджане?

— Позвонил агент, и сказал, что я заинтересовал людей из Азербайджана. Позвонили тренер и президент клуба, поговорили, где-то что-то не поняли, но я приехал и подписал контракт.

— Регламент чемпионата Азербайджана — странный? 8 команд, в 4 круга играют…

— Я там реально кайфовал, инфраструктура, топовые отели, условия шикарные, подход правильный к футболу. Баку — город просто топовый. За рулем я люблю быстро ездить и этот город, как раз таки для меня. В этом плане я себя чувствовал, как рыба в воде.

— 5 из 8 команд чемпионата из Баку. Для популяризации футбола — это ужасно?

— Для нас было отлично (улыбается). После огромной Украины, когда с Юга на Запад едешь, так тут вообще супер. А вообще для роста чемпионата нужны деньги, у клубов-частных все хорошо, у остальных так себе.

— Ты доволен этим этапом в жизни?

— Я в первом матче вышел под нападающим, и хорошо сыграл, и сразу начали говорить «открытие чемпионата Азербайджана». Потом наоборот, провалил игру и начался диалог с тренером. Он стал указывать мне на ошибки. Мы проиграли, а он говорит, что у меня много потерь мяча. Я парень умный, сразу понял, что нужно это прекратить, где-то отдавать пас, стараться сохранить мяч. В следующей игре все это реализовал. Победили — 2:0. А ко мне подходит тренер и говорит: «Я же тебе сказал — пробуй обыгрывать защитников». Я ему в ответ: «Вы же мне сказали, чтобы я не терял мяч, а обыгрыш 1 в 1 подразумевает потенциальную потерю мяча». Но он гнет свою линию: «Я же тебе сказал, я тебе кричал, обыгрывай их».

— И что ты делал дальше?

— Начали спорить, я не могу его понять, команда и я сыграли здорово, и по статистике, и по пробегу. А с ними ругаться — себе дороже, кровь то горячая, нет смысла. И такие моменты каждый раз были, почти после каждого матча. Я попал в психологическую яму, а от головы страдали ноги. Постоянное давление, и я с этим не справился. Потом задумался, зачем меня сюда брали? Правильно, за мои индивидуальные качества в атаке, потому что могу успешно обвести, а не для того, чтобы я играл на команду. А я их не могу реализовать, потому что тренер говорил противоположное. Где-то на тренировках наставник себя некрасиво вел, ну и я ему тоже отвечал. Не буду же я ему кланяться вечно. Встретился с президентом и мы решили, что лучше сменить команду.

— Президент  Сабаха советовался с тобой по поводу трансфера Девича?

— Да, было дело.  Я и не ожидал. Президент поехал с нами на сборы, как-то подходит ко мне и спрашивает: «Виталя, как считаешь, Марко Девич приедет к нам? Хотим поговорить с ним». «При всем к вам уважении — без шансов, не поедет он сюда, при тех условиях, что вы даете здесь — нет шансов», — отвечаю. Он сказал, что все-таки попробует.

А президент — человек классный и прямой, и видимо он его как-то переубедил. Я удивился, когда Девич приехал.

— Ощущалось, что он «Первый после Бога»?

— Главная звезда команды, может даже чемпионата. Вроде и простой, а с другой же стороны, человек поиграл, конечно, много где и везде в порядке был. Тренировки он не пропускал, даже после занимался отдельно от всех. У нас уже после 35 песок сыпется, а он по тренажерам ходит, бегает, как ракета, защитников провоцирует, витамины пьет, одним словом — профи. Потом и забивать начал. Он, кстати, реально очень любит Украину. Помню, когда Украина с Сербией играли, я ему пишу: «Марко, за кого сегодня?». А он отвечает: «За дружбу».

Читайте также: Экс-форвард сборной Украины Девич вернулся в азербайджанский Сабах

— Как тебе жилось среди мусульман? Были какие-то странные моменты?  

— Были. Мыться просили в лосинах, или в трусах, нельзя было быть полностью голым. Капитан мне все объяснил и я без проблем согласился. Многие в команде ребята читали намаз (молитва у мусульман), по 3-4 раза в день.

«Перед матчем с Брестом объяснял пацанам, что с Милевским нужно правильно играть»

— В Гомеле у тебя в команде тоже был Милевский.

— Был, но от Артема Владимировича он очень далеко (смеется). Как и по игре, так и по внешности. Мы его даже не травили. Его Женя зовут, а один раз кто-то случайно Артёмом назвал. Ну мы его постоянно Милей называли, и забыли, как его зовут то.

— В чем феномен чемпионства Динамо-Брест?

— Команда, которая была объединена одной мечтой. Так все и получилось. Сказать, что они как-то феноменально играли — не могу. Просто собрались ребята, которые или давно ничего не выигрывали, или вообще никогда не брали трофеев, плюс финансирование и интерес президента к команде.

Читайте также: Милевский, Хачериди и Нойок отправились с Динамо-Брест на предсезонный сбор в Турцию

— Роль украинских игроков в Бресте огромная?

— 100%! Саня Нойок и Тёма Милевский создавали атмосферу в команде. Леха Хобленко почти в каждой игре забивал и очков много принес, хотя играл он не всегда.

— Ты играл против Артёма Милевского, он в порядке еще или уже не тот?

— Топовый футболист. Я перед матчем с Брестом объяснял пацанам, что с Милевским нужно правильно играть. Чудак между линиями открывается, как никто, и вторым касанием выводит партнера по команде на ворота. Корпус поставишь — он тебя качнёт. Артем — мастер. Мы с ним во время матча рядом стояли, он на меня смотрит и говорит: «Малый, что, штрафной захотел, чтобы забить?». Отвечаю: «Да, поставь, пожалуйста».

Посмеялись немного, после игры обнялись. Тоже самое могу и про Сашу Глеба сказать, в свои 38 он просто красава.

— В чемпионате Беларуси полно украинских футболистов, с кем-то из них общался во время своего пребывания в Гомеле?

— Ну разве что «привет-привет». Могли пару минут поговорить, но чтобы звонить и встречаться — такого не было. У каждого своя жизнь, планы, друзья, семья.

Смотрите также: Милевский и Алиев устроили экстрим челлендж в центре Киева

— Можешь сравнить чемпионаты Украины и Беларуси?

— Везде тяжело. Я давным-давно не играл в Украине, так что тяжело сказать, слабее или сильнее. Нужно поиграть и потом уже говорить.

— Динамо-Брест очень круто работает с болельщиками, заметил это?

— Конечно. Мы когда туда приехали, тупо кайф получал. Даже не чувствовал, что мы в гостях играем. Это просто красота, даже играть вдвойне приятнее. У других клубов я такого не видел. У Гомеля тоже хороший стадион и город футбольный, болельщики ходили.

— Жизнь в Беларуси и в Украине сильно отличается?

— Конкретно — другая. Может Минск и Киев похожи, потому что мегаполисы. А Гомель и другие города — не сильно развиваются, только Минск и Брест. Старые дома 90%, новых зданий 5-10%. Ну дороги хорошие, конечно. Люди более закрытые, спокойные, но добрые. Страна, в принципе, хорошая, жить можно, но она другая. Еще заметил момент: в Беларуси не переводят время. Люди выходят на работу в 6-7 утра, еще темно, уходят с работы в 5 — тоже темно. Все время люди в темноте, иногда смотрю, а они, как зомби.

— Как относятся белорусы к украинцам?

— Каждый по-разному. У меня был случай в Гродно. Я поставил машину в месте, где нельзя ставить, ну не в зеленую зону. А там помимо моей машину еще 4 стояло, но с белорусскими номерами. А один водила вообще спрятался в кустах. Я возвращаюсь, а возле моей машину патруль стоит. Спросил: «Почему именно я их привлек, если есть еще 4 машины». Мне ответили: «Нам поступил сигнал».

— Когда Зеленский стал Президентом, у тебя часто про это спрашивали?

— Да, всем это было интересно, как это так, что комик стал президентом. Для них смена чего-то и новизна — это редкость.


Добавьте «sportarena.com» в свои избранные источники Google News (просто нажмите звездочку)

Источник: Sportarena.com

Рейтинг записи: 12345


Или аккаунт Sportarena