Вне семьи. Дон Риви у руля сборной Англии

Алан Болл слушает наставления от Дона Риви, Getty Images
Sport Arena рассказывает о работе известного тренера Дональда Риви со сборной Англии.

— Алло, Джефф, это ты?

— Да, мистер Риви.

— Слушай, у меня есть эксклюзивная новость, осталось договориться лишь о сумме.

— Да-да, конечно. Я весь во внимании.

***

У секретаря Футбольной Ассоциации Теда Крокера буквально раскалывалась голова – ранее он немного выпил, но вместо времяпровождения с друзьями в пабе, был вынужден оставшуюся часть вечера отвечать на звонки назойливых журналистов. Тех будто заклинило – представители СМИ упорно интересовались Доном Риви и его предполагаемой отставкой, на что Крокер, морщась при каждом упоминании рулевого сборной Англии, отвечал категорическим отказом. Он был поистине озадачен и банально не знал реальное состояние дел – не знала и вся страна, так как прошение об отставке менеджер подал только ночью, как раз перед закрытием штаб-квартиры ФА. Газетчики же, молнией отреагировавшие на предварительно раструбленное заявление Daily Mail об эксклюзиве, предвкушали сенсационное увольнение – именно с такими расспросами они и набросились на бедного Тедди, решившего в кой-то веки отдохнуть от бумажной волокиты и посвятить себя отдыху.

Утром 12 июня 1977 года прогнозы подтвердились – на первой полосе свеженапечатанного номера Daily Mail красовался кричащий заголовок «Риви прекращает работу из-за неприятностей». Статья, написанная Джеффом Пауэллом, вызвала небывалый шок и шквал критики – во-первых, возмутило ее содержание, а во-вторых, поразила безграничная меркантильность Дональда, заигрывавшего с прессой и, как выяснилось, запросившего за информацию 20 тысяч фунтов. В тексте чувствовалось, как тренер пытался надавить на жалость и таким образом обеспечить себе какую-никакую лояльность – на это намекали высказывания вроде «последние три года были очень тяжелыми для меня и моей семьи» и «работа приносила слишком много душевной боли тем, кто мне близок».

Общественность, хоть и со скрипом, но все же была готова понять желание Риви, однако спустя два дня Пауэлл, внимательно следивший за нарастанием резонанса, достал из рукава главный козырь. Оказалось, Дон вел двойную игру, так как еще до официального расставания со сборной подписал четырехлетний контракт с Объединенными Арабскими Эмиратами с умопомрачительным по тем временам окладом в 340 тысяч. Ответил ли он на вопрос, куда потратит полученные деньги. Конечно, причем сделал это не без хвастовства: «Я посещу большие спортивные события в мире. Основные турниры по гольфу, Олимпийские игры, финалы Кубка мира – все, что мне нравится».

От такой суммы и, главное, наглости попросту отвисала челюсть – как итог, взбудораженная публика сразу заговорила обо всех промахах коуча и даже открыто «прошлась» по Лидсу, обвинив команду как минимум в десяти договорных матчах. То, о чем раньше осмеливался говорить разве что Брайан Клаф, теперь активно обсуждалось чиновниками, при этом делавшими вид о своей непричастности к столь щепетильной теме – более того, из кабинетов ФА все чаще доносились призывы о дисквалификации Дона, по мнению большинства, предавшего интересы Англии. А было ли предательство? Жадность – несомненно, да, но с приписываемым Риви побегом люди явно погорячились, ведь у самого специалиста имелись веские основания на такой, пусть и не самый деликатный, но все-таки разрыв отношений с Ассоциацией.

«Я знаю, люди обвинят меня в том, что я убегаю. Они это сделают, – позже защищался Дональд. – Почти все в стране, кажется и так хотят, чтобы я ушел. Поэтому я даю им то, что они хотят. Возможно, пришло время в этот раз поставить себя выше».

Спустя годы сын Дона Данкан признался, что сожалении о поступке отца: «Было печально видеть, как его очернили. Оглядываясь назад, надо сказать, что эксклюзив с Джеффом Пауэллом стал большой ошибкой». Особенно, если вспомнить, как встречали Риви за несколько лет до пресловутого скандала – нет, его никогда не воспринимали в качестве героя, но видели в нем надежду, перемены и рвение побеждать любой ценой.

Наставник сборной Дон Риви и капитан команды Эмлин Хьюз позируют для фотографов на Уэмбли. Октябрь 1974, Getty Images

А в переменах Англия ой как нуждалась – проваленная квалификация чемпионата мира 1974 года продемонстрировала отсталость Трех львов во всех смыслах. С сэром Альфом Рэмси прощались неохотно, но против действительности, как говорится, не попрешь – его команда на фоне Голландии, вовсю наслаждавшейся плодами тотального футбола, напоминала разобранный механизм, не подлежащий ремонту. Требовались новые взгляды, переосмысления и готовность идти в ногу со временем – проблема заключалась в выборе подходящей кандидатуры, способной справиться с давлением медиа-ресурсов и оголтелыми болельщиками, больными синдромом утенка. Самым предпочтительным вариантом выглядел Риви – в его пользу говорили трофеи, стабильность и безоговорочный авторитет, добытый на Элланд Роуд. В ту же очередь, мало кто любил его Лидс, не зря нарекаемый в народе «грязным» – эту удивительную смесь желания умереть за семью и какого-то полоумного, чуть ли не животного инстинкта сокрушить всех и вся. О Билли Бремнере и Нормане Хантере было впору слагать страшилки и пугать ими перед сном начинающих футболистов – если уж кому-то повезло чудом пройти среднее звено Белых, то возникал риск незамедлительно получить кулаком в живот. Вот они, чудеса психологии – внутри раздевалки Павлинов царила полная гармония, но со стартовым свистком игроки моментально превращались в неудержимых питбулей. Что-то похожее Дон намеревался воспроизвести и в стане Трех львов – сделать их в хорошем смысле слова злее и напористее, но при этом установить принципы, бережно скопированные у Лидса.

Впрочем, уже на ужине, организованном по случаю назначения менеджера, Риви, сидя в кругу чиновников, ощущал себя не в своей тарелке – на него косо смотрел председатель сэр Гарольд Томпсон. Доктор химических наук Оксфордского университета (его класс посещала сама Маргарет Тэтчер) и убежденный роялист с первого взгляда невзлюбил новоиспеченного тренера – хотя вряд ли этому человеку, находившемуся в профессиональной среде, было ведомо такое чувство, как любовь и уважение. В том плане, что Томпсон размышлял с позиции власти – кто ею наделен, тот априори сильнее. Его ненавидели коллеги по работе, называя за спиной «издевательским самодержцем», «ублюдком» и «обращавшимся с персоналом, как с дерьмом», но функционера спасало привилегированное положение и точное выполнение инструкций. Да и перечить не смели – к примеру, голос Гарольда был решающим в эпизоде с увольнением Рэмси; он же заявил, что Клаф не переступит порог ФА. Не сложно догадаться, как он относился и к Риви, выторговавшим себе солидные условия – по сравнению с сэром Альфом бывший коуч йоркширцев зарабатывал в три раза больше, а точнее 25 тысяч фунтов в год.

Их непонимание зародилось, как казалось, из сущего пустяка – Дон, пытавшийся проявить дружелюбие и снизить градус напряжения, в мягкой форме возражал против привычки Томпсона обращаться к нему по фамилии. «Когда я узнаю вас лучше, то позвоню вам, Риви» – настаивал Гарольд (зная, как это злит Дона, Томпсон часто нарочно неправильно произносил его фамилию – Реви). «Ну что ж, когда я узнаю вас лучше, Томпсон, то назову Гарольдом» – парировал Риви. Для кого-кого, но для наставника было крайне важно, как его называют – он все тринадцать лет, проведенных у руля Юнайтед, был «Дональдом» и «боссом», а тут…

«Они искренне ненавидели друг друга. Томпсон был старым консерватором, который к подчиненному относился, как к крепостному», – поведал Данкан.

Да, не очень приятно, но он, Риви, здесь не для этого – он, прежде всего, пришел привести в норму льва, напичканного сильными транквилизаторами. В сентябре 1974-го вышел материал с названием «Я восхищаюсь открытым, атакующим футболом голландцев и немцев» – в нем Дон накануне старта отборочного цикла ЧЕ-1976 рассказал о собственных впечатлениях и ожиданиях. «Я очень долго думал, прежде чем подать заявку. Это работа и шанс всей жизни. Я вынужден попробовать. Мне также есть чему поучиться, но я не хочу делать обещаний, которые не могу выполнить». Статья наполнена рассуждениями о прошедшем мундиале, доминировании немцев, исполнителях и ассистенте Лесе Кокере – все смотрелось вдохновляюще и обнадеживающее. Правда, лишь на страницах, так как Риви в течение первого месяца сражался с ветряными мельницами – пробовал навести порядок, барахтаясь в авгиевых конюшнях, и образумить окружение.

Дональд изрядно удивил уже перед дебютным поединком с Чехословакией, вызвав на сборы в общей сложности 82 претендента – такого, наверное, на памяти сборной еще не случалось. Все недоумевали – зачем? Однако тренер отмахнулся, посчитав имеющийся арсенал футболистов недостаточным – позднее колумнист Фрэнк Макгри назвал это «непониманием отсутствия техники и профессионализма у игроков из клубов, которые были организованы не так, как Лидс». Многие уверены – специалист искал парней, схожих по характеру и функционалу с Бремнером и Хантером. Тридцатидвухлетнего Нормана он-то уговорил не уходить из команды, но ему срочно требовался достойный сменщик, а шотландец не мог присутствовать в коллективе по понятным причинам. В таких проверенных бойцах, как Билли, Риви и вовсе не чаял души – вспоминал Данкан: «Все игроки были его сыновьями, но Билли – особенный. Поверьте, если надо, они будут проходить через кирпичные стены друг для друга. Я всегда говорил, что я его двадцатый сын». И ведь сущая правда – как-то Дон пригрозил руководству Белых уходом, поскольку менеджмент собирался продать ключевого игрока.

С другой стороны, наставник просчитался, ища золотую середину – манипулируя расстановками и игроками, Риви в результате пошел на поводу у прессы, указывавшей кого и где лучше использовать. Ну, или совершил не совсем логичный поступок – чем он руководствовался, отстраняя капитана в лице Алана Болла, так никто и не понял. В 1975-м полузащитник Арсенала долго залечивал травму, но по-прежнему был на ходу – Канониры переживали спад, и, тем не менее, это не помешало Огоньку отличиться десятью точными ударами. Дональд ограничился письмом, в коем извещалось, что Алан не едет на игру со Швейцарией, и в дальнейшем с одним из лидеров Трех львов не связывался – ни личного телефонного звонка, ни встречи, абсолютно ничего. Сам Болл так и не понял мотив и незадолго до смерти, наступившей в 2007 году, в интервью сообщил, что все еще озадачен инцидентом.

«Он был очень силен в управлении Лидсом, но с Англией, казалось, поменялся. Я думаю, он просто пытался успокоить прессу своими решениями», – резюмировал Хантер.

То, что второй Лидс не получится – было весьма предсказуемо. Вот хотя бы взять легендарные досье, которые Риви составлял по каждому сопернику или человеку, непосредственно влиявшему на игру. В свой кабинет он перевез кипы ценных бумаг, пропитанных тонким пониманием футбола, и попросил одного из чиновников собрать данные по арбитрам ФИФА, вплоть до поведения, привычек, характера и предпочтений.

«И как, черт возьми, я это сделаю?» – тот застыл в изумлении.

«С этого момента это твоя работа», – Дон нахмурил брови. Но стоило ли все это затраченных усилий, когда футболисты отмахивались от папок, считая зазорным изучать биографии каких-то там киприотов, финнов и люксембуржцев? Но именно досье и делали Белых такими опасными и непредсказуемыми – в их значении сходятся все подопечные Риви, защищавшие цвета Юнайтед. Осведомлен – значит, вооружен, разве не так?

«Когда Дон управлял Англией, то я знаю, что некоторым не нравились досье, хотя я нашел их полезными. Там все было расписано об игроке, с которым вы бы столкнулись лицом к лицу», – рассказал Эдди Грей. В этом был убежден и Джек Чарльтон: «Нам передавались отчеты за ночь перед игрой, а после тщательного прочтения мы их обсуждали. Я сомневаюсь, что к концу сезона был игрок, о котором мы не знали всего».

«Я пересматривал несколько старых книг отца, и все их детали были поистине необычными. Каждый аспект игры футболиста оппонента был разбит на сегменты. Сегодня клубы платят тысячи за аналитику, а тогда он делал все это вручную карандашом» – подытожил Данкан.

Вдобавок игроки пренебрегли налаживанием интимной атмосферы – они отказывались посещать вместе теннис, бильярд, гольф и боулинг, предпочитая пару лишних часов поваляться в кровати. Но были и лояльные исполнители, как Кевин Киган – Могучий мышонок благодарил Дона за веру в него и предоставленные шансы; более того двукратный обладатель Золотого мяча называл менеджера отцом и одним из немногих побывал на его похоронах в 1989 году. Впрочем, журналисты не спешили освещать позитивные моменты, но зато выискивали недостатки – у них знатно «подгорело», когда Риви запросил 200 фунтов за интервью с Малькольмом Макдональдом, оформившим пента-трик во встрече с Кипром. На самом деле форвард ни в чем не нуждался – собранные деньги Дон, естественно, прикарманил себе.

«Я думаю, что он был фактически управляем деньгами», – выразил мысль защитник Ливерпуля Эмлин Хьюз. Данкан же объяснил, откуда у отца взялась такая тяга к обогащению: «Отца незаслуженно обвиняли в жадности. Он действительно боготворил деньги. Но любить их его научило бедное детство. Подсознательно он не хотел повторить судьбу своих кумиров 1930-х-40-х годов – футболистов того состава Мидлсбро. Ему было больно видеть, как его любимый игрок Уилф Мэннинон на старости лет превратился в мальчика на побегушках – посыльного с мизерным окладом двадцать фунтов в неделю».

Как бы там ни было, но начал Риви за здравие – в трех из четырех стартовых встреч Три льва одержали верх, разобравшись с чехословаками (3:0), дважды подряд с киприотами (5:0, 1:0) и зафиксировав «сухую» ничью на Уэмбли с португальцами. Несмотря на более чем удачный дебют, на Дона «наехали» сверху – председателю Футбольной Лиги Алану Хардейкеру не понравился выбор коуча, положившегося на правого фулбека Дэйва Томаса, полузащитника Джерри Фрэнсиса и Коллина Белла (даром, что тот забросил в ворота Иво Виктора и компании два мяча).

Высоко поднятая планка ожиданий сыграла с Дональдом злую шутку – в октябре 1975-го он пожаловал в Братиславу и стал свидетелем того, как чехословаки сперва забили в эндшпиле первого тайма, а потом и после перерыва, доведя матч до 2:1 в свою пользу. Вообще ребята Вацлава Ежека прослыли домашней командой и в родных стенах добыли максимум очков – чего стоило одно унижение португальцев, пять раз достававших мяч из сетки. В Англии недовольно хмыкнули, но не стали вешать на Риви всех собак, назвав результат поражением, которое он себе мог позволить. Однако последующая ничья в Лиссабоне повлекла за собой катастрофу – поскольку чехословаки не заметили Кипр, то вышли на финишную линию отбора с девятью баллами, когда у англичан насчиталось на один меньше. Утешением для фанатов стала разве что победа на Домашнем чемпионате, но могло ли это считаться равноценной заменой Евро? Определенно, нет.

Жеребьевка квалификации ЧМ-1978 подбросила Риви неприятного конкурента – вместе с Финляндией и Люксембургом расположилась крепкая Италия Энцо Беардзота. И вновь все произошло, будто по копирке – англичане с энтузиазмом прошлись по финнам (4:1 и 1:0), но им хватило одной осечки, чтобы занять позицию отстающего. 17 ноября 1976-го британцы играли из вон рук плохо – Скуадра Адзурра разразилась двумя голами (постарались Джанкарло Антониони и Роберто Беттега) и перехватила инициативу. «Я думаю, что если бы мы сошли с поля, то это не было бы большой потерей», – откровенничал полузащитник Тревор Брукинг.

Подножка в Риме существенно подорвала авторитет Риви – «товарняк» с Голландией, в коем Ян Петерс отгрузил Рэю Клеменсу дубль и фиаско на ДЧ, увенчанное поражением, нанесенным шотландцами, усугубили ситуацию. В июне 1977 года сборная отправилась в турне по Южной Америке, где провела поединки с Бразилией, Аргентиной и Уругваем. Однако Риви присоединился к команде только перед вторым матчем – с Аргентиной. Он якобы летал в Хельсинки, чтобы наблюдать за матчем итальянцев с финнами. На самом деле Риви воспользовался отлучкой, чтобы провести переговоры с представителями ОАЭ.

11 июня 1977 года, за день до матча с Аргентиной, Дон поднял трубку и набрал номер Джеффа Пауэлла. У него на руках было соглашение с ОАЭ.

Памятник Дону Риви рядом с Элланд Роуд, Getty Images

Что сделано, то сделано. Сэр Томпсон стоял первым в рядах, кто агитировал отстранить Риви от футбола – он же созвал дисциплинарное слушание, где выступил в качестве стороны обвинения. Интересы Дона защищал адвокат Гилберт Грей, назвав процесс «судом кенгуру и абсолютным позором». «Риви не отказался от своей страны. Он хорошо знал, что страна решила от него избавиться и уволить», – позже описывал царившую вакханалию Грей. Дон реально побаивался, что ФА ищет ему замену – он не рассчитывал увидеть на своем месте Гринвуда, но, судя по дневникам, делал ставку на Бобби Робсона, успешного работавшего с Ипсвич Таун.

Десятилетний запрет на работу в Англии – вот чем завершилось заседание. Возмущенный Риви обратился в Высокий суд и настоял на пересмотре вердикта – судья Кантли отметил, что ФА превысила полномочия, и посчитал действия организации незаконными. Но при этом назвал проделанный шаг Дональда «примером нелояльности, нарушения обязанностей, неуважения и эгоизма» и «поведением, принесшим в английский футбол дурную славу». Оправданный тренер на Туманном Альбионе не задержался – собрал вещи и незамедлительно отправился в ОАЭ.

Были написаны тонны статей, бросавших тень на имя Риви – то Боб Стоко припомнил, как Дональд в 1962-м предлагал его Бери зафиксировать нужный счет, то Болл признался о «подарках», присылаемых менеджером, надеявшимся перетащить футболиста в Лидс. Кипер Ноттингем Форест Джим Бэррон выступил против Бремнера, так как тот в 1971-м направился в раздевалку Лесников и намекнул на договорный поединок – любопытно, что Билли подал апелляцию и ввиду отсутствия доказательств добился компенсации в 100 тысяч фунтов.

На Ближнем Востоке специалист выдохнул с облегчением – он провел прекрасные десять лет, живя в удовольствие и между тем тренируя Соколов, Аль-Наср и Аль-Ахли. Но все познается в сравнении – когда в 1990-м Питер Тейлор ушел из жизни из-за легочного фиброза, ФА выразила глубокую печаль; годом же ранее никто из Ассоциации даже не отреагировал на кончину Риви. В последние годы Дон был прикован к инвалидной коляске – его сразила болезнь моторных нейронов (аналогичным недугом страдает Фернандо Риксен) и он мог общаться лишь с помощью моргания. 11 мая 1988-го великий тренер прощался с Элланд Роуд – футболисты организовали в его честь благотворительный матч, и коуч не мог не посетить игру.

Знакомые улыбающиеся лица. Знакомые трибуны. Знакомое все до малейшей травинки. Дональд воссоединился с семьей.



У вас есть модный мессенджер Телеграм? ДА / Нет.

Сохранить
Добавить комментарий
Сейчас обсуждают
Подпишитесь на наши
страницы в соцсетях:
Войдите, используя аккаунт
социальных сетей:
Или аккаунт Sportarena
Регистрация на Sportarena
Восстановление пароля на Sportarena
Спасибо за регистрацию!

На ваш e-mail отправлено письмо с логином и паролем чтобы вы их не забыли.
Мы отправили письмо на ваш e-mail с логином и паролем. Проверьте свой почтовый ящик, пожалуйста.
Внимание

Изображение
Выбрать файл
Добавить цитату
Внимание

Вы уверены, что хотите удалить этот комментарий?

Внимание

Вы уверены, что хотите удалить все комментарии пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите отклонить комментарий пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в спам?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в корзину?