«Все самые важные кубки Аякс провозил по каналам и улицам Амстердама»

...

Андрей Демченко – о временах, когда он вместе с ван дер Саром, Давидсом, Клюйвертом и де Бурами праздновал победы в ЛЧ, Суперкубке УЕФА и Межконтинентальном кубке.

«Все самые важные кубки Аякс провозил по каналам и улицам Амстердама»

Андрей Демченко – первый слева – в составе Аякса празднует победу в Кубке чемпионов, фото uefa.com

Их имена в свое время были известны скаутам видных европейских клубов. Футбольная Украина делегировала их, словно своих самых почетных послов, в академии и дубли громких и титулованных команд. Они пережили золотую юность и молодость. И теперь им есть о чем вспомнить, есть что рассказать и есть что посоветовать тем представителям молодого поколения, которые в будущем пойдут по их стопам. Чтобы они стали лучше, мудрее и удачливее. Чтобы они состоялись и реализовали свой талант.

Это – рубрика «Европейская юность». Истории воспитанников украинского футбола, которые прошли большую школу в больших европейских клубах. Эти слова – о них:

Овеяны заморскими ветрами,

Вдохнувшие всю прелесть высоты…

* * *

История первая: киевлянин Евгений Луценко, в 1996-1999 годах – Андерлехт и юношеская сборная Украины

История вторая: киевлянин Владимир Богданов, в 1998-2000 годах – дортмундская Боруссия и юношеская сборная Украины

История третья: черниговец Сергей Коваленко, в 2001-2008 годах – туринский Ювентус и ряд клубов Италии и Бельгии

История четвертая: харьковчанин Андрей Переплеткин, в 2003-2009 годах – Андерлехт, Саутгемптон, Дерби Каунти, клубы 9 чемпионатов и сборная Латвии

История пятая: киевлянин Павел Янчук, в 2003-2010 годах – Санкт-Паули, Динамо (Бухарест), Гонвед и просмотр в Шальке

* * *

Вглядитесь в командные фотографии великого Аякса середины 90-х – там, среди питомцев Луи ван Гала, находится и герой нашей публикации. Вместе с ван дер Саром, Давидсом, Клюйвертом, Овермарсом, Литманеном, братьями де Бурами и другими звездами амстердамского клуба.

Андрей Демченко был в составе Аякса, выигравшего Лигу чемпионов, Суперкубок УЕФА, Интерконтинентальный кубок и все, что можно было, в Голландии. Но при бешеной конкуренции в тогдашнем Аяксе сыграл всего пять матчей за 3,5 года контракта. Зато остался в списке участников великой команды и получил ни с чем не сравнимый опыт, который теперь передает своим подопечным как тренер – в перволиговом клубе Металлист 1925 Харьков.

«Ван Гал сказал мне и моим агентам: «У вас есть пять минут на размышления»

— Андрей Анатольевич, запорожскому парню попасть в Аякс в середине 90-х – это даже потруднее, быть может, чем в космос. Расскажите, как это было.

— В юном возрасте я переехал из родного города в Москву. После выступлений за сборную УССР на всесоюзном турнире Переправа меня заметил известный тренер Геннадий Костылев и убедил моих родителей, что надо отпустить сына в московский ЦСКА. Я уже тогда думал только о том, чтобы попробовать силы за границей. Непосредственно из Украины, как мне казалось, выехать в зарубежный чемпионат было труднее. Я – украинец, запорожец. Уезжал из одного города СССР в другой. В тот момент не ощущалось еще, что что-то изменилось – Союз еще только развалился, не было такого понимания.

Параллельно с ЦСКА меня заиграли за юношескую сборную России – прямо по советскому свидетельству о рождении, паспорта у меня, школьника, еще, понятно не было. Наше поколение под руководством Александра Александровича  Кузнецова и Геннадия Ивановича Костылева участвовало во всех турнирах – чемпионатах мира и Европы по юношам, юниорам, молодежи. Играл я вместе с земляками Семаком, позже – Лебедем и Петровым, а также местными Титовым, Радимовым, Хохловым, Шуковым, Бахаревым, Ширко. Как форвард, прилично забивал – мячей где-то 14 в 20 матчах.

На чемпионате Европы среди юношей, проходившем в 1994 году в Испании, я стал лучшим бомбардиром с 8 голами. Турнир серьезно скаутили представители разных европейских клубов (что неслучайно, ведь там успели засветиться и такие ребята, как Давидс, де ла Пенья, Клюйверт и Рауль). Приходилось играть и против Тотти, Риккена, Нуно Гомеша и многих других «звездочек» футбола 90-х. Сборную Франции, где были будущие чемпионы мира и Европы, мы обыграли со счетом 2:0 – оба мяча забил я. Так что и я был на радаре.

Моему агенту Константину Сарсании поступали запросы на меня – от Баварии, Штутгарта, Фиорентины и Аякса. Вот выбирая среди равных предложений я и выбрал амстердамцев.

— Ну, понятно, клуб на ходу и с отличнейшим поколением молодых футболистов. Но почему все же Амстердам, а не традиционно сильный Мюнхен или Флоренция с Руй Коштой, Байяно и Батистутой?

— Меня очень впечатлил Аякс, когда мы сыграли на турнире в Гронингене против амстердамцев со сборной то ли СССР, то ли СНГ. Зеедорф, Мельхиот, Мусампа, Клюйверт – они нас обыграли 3:0 и поразили меня своей игрой. В памяти, в частичке души осталось, что это очень серьезный клуб.

Потому, когда пришло конкретное предложение от Аякса, я сразу согласился. Амстердамцы все четко рассказали: когда и где просмотр, какие условия, чего от меня ждут и что обещают.

— Какой он, просмотр в Аяксе ван Гала?

— Сначала тебя бросают во вторую команду, потом играешь игру, после чего тебя перекидают в основу, чтобы сравнить уже с молодежью первой команды. У меня это заняло три недели: сыграл два матча с неплохими командами, забивал и отдавал голевые передачи. И вот 21-22 декабря 1994 года я уже знал, что меня хотят оставить и предлагают садиться за стол переговоров.

— Говорят, Луи ван Гал был больше, чем главный тренер и даже с вами, юниором, лично проводил переговоры о контракте…

— Да, это правда. Предложить мне контракт – это было его решение. На переговоры он прибыл вместе с финдиректором Ари ван Осом и его помощником. А с нашей стороны стола меня поддерживали бельгийский агент и Сарсания. Аякс предложил контракт на 4 года – для меня, у кого была зарплата дублера Аякса в 500-700 долларов, это было в разы больше.

— Но не то, чего вы ожидали, из-за чего с ван Галем даже завязалась дискуссия…

— Даже не так. Когда я вел переговоры со своим агентом в Москве, он мне назвал совершенно другую сумму предположительного контракта. А когда сел за стол – увидел совсем другие цифры. Я был недоволен и сказал Косте: «Это не то, что ты обещал, не буду подписывать». Луи ван Гал был, естественно, ошарашен, что молодой игрок не сразу подписывает договор, а носом крутит.

Читайте также: Семь главных штрафных в карьере Дэвида Бекхэма

Они вышли посоветоваться, и ван Гал сказал: «Поднимаем предложение на 30%, потому что хотим этого футболиста. У вас пять минут. Думайте». Так как я в принципе хотел именно в Аякс, я согласился. Но «осадочек» остался, потому что понимал – в Москве мне обещали совсем другое. Что-то похожее было со шведом Йоргеном Петтерсеном, которого просматривали параллельно со мной, но он на предложенные деньги не согласился – вернулся в Мальме, а позже перешел в Боруссию (Менхенгладбах), где довольно успешно дальше играл.

«Клюйверт и Богард подтвердят: ван Гал умеет «сбивать пыль с ушей»

— Знакомство с ван Галем у вас, конечно, жестким получилось. Не боялись, что тренер припомнит «торги»?

— Он жесткий, но очень справедливый. Наверное, понимал, что что-то случилось между мной и представителями. Мне вообще показалось, что Луи, при всей требовательности и суровости, добрый человек. Он держал с футболистами дистанцию, не было панибратства, но стоял за нас горой. А мы понимали, что он – генерал, а мы – его солдаты. Мог накричать, но при этом аргументированно объяснить.

— Вспоминается прыжок Луи в финале Лиги чемпионов, когда он взмыл в воздух, словно каратист, что-то доказывая лайнсмену. Страшно представить, каков он в раздевалке…

— Да как и все тренеры: когда выигрываем, добрый, когда проигрываем – лучше глаз не поднимать. Бывали моменты, когда он мог поставить на место зарвавшегося футболиста. «Кнут» и «пряник» были у ван Гала пропорционально.

— Но ведь тогдашний Аякс – молодая команда, а вместе с молодостью у футболистов бывают нарциссизм, «звездная болезнь», плутовство и ребячество. Бывали какие-то «показательные порки» от тренера?

— Вообще, Аякс был не самой хулиганской командой. Чего-то чрезвычайного ребята себе не позволяли. Если кто-то зарывался, ветераны Райкард и Блинд (они были как бы посредниками между футболистами и тренерами) могли по-человечески объяснить.

Помню, как ван Гал взял Богарда из Роттердама, и после нескольких матчей Уинстон начал дерзить тренеру, как говорится, «корону» чуток поймал. И его моментально одернули, окунули во вторую команду и Богард быстро остудил свой пыл. Хотя парень был специфический – «уличный ганста», всё вращал белками глаз да надувал щеки.

Или как Клюйверт «двушку» в Лиге чемпионов забил – его тоже на месяц вывели из состава, отправили в дубль тренироваться, пока не пришел в себя. Ван Гал умел отлично «пыль с ушей сбить».

— А как жили молодые футболисты Аякса?

— Совершенно без каких-то роскошей. Машины были самые обычные – спонсором клуба был Opel, так что Аякс мог с их гаража брать машины для игроков (мне перепала модель Calibra). Ни у кого из состава моих времен не припомню какой-то особенно крутой «тачки». Разве что возрастные игроки, кто возвращался из-за границы или приходил легионером, могли приехать на Ferrari – как тот же Рихард Витчге. Но вообще в голландском обществе излишества не поощрялись. Насколько знаю, ван дер Сар какой-то «суперкар» обкатал, уже когда директором клуба работал.

— Как обжились в Амстердаме лично вы?

— По совету ван Гала клуб определил меня в местную семью. Это был работник и ветеран клуба Дональд Фельдман – его дети тогда выросли и жили отдельно, так что он не меня первого, а сразу нескольких новичков Аякса вот так в свое время принимал. Я целый год жил у него в доме. Цель очевидна – чтобы я быстрее изучал язык, обычаи, менталитет голландцев. Потому что клуб оплачивал только полгода языковых курсов, что успел схватить за это время – то твое.

— Ваши чувства, когда впервые пришлось давать интервью на голландском языке?

— Да что там интервью!.. Я в команде, в быту, первое время отмалчивался. Все боялся, что скажу что-то неправильно, будут смеяться и отчитывать. Лишь где-то через полгода меня «прорвало» – команда собралась после какого-то матча, я фонтаном начал говорить. Оказалось, ребята готовы были деликатно подправить, если что-то не так, вот дальше я уже и нормально говорил.

— К чему в бытовом плане в Нидерландах приходилось дольше всего привыкать?

— Мне все нравилось. Единственное – они вообще первого не едят, а мы-то воспитаны на супах, борщах, было непривычно.

Читайте также: Десять легионеров Динамо, за которых киевскому клубу должно быть стыдно

— Не было ли в Аяксе каких-то запретов, типа как в Украине на базах футбольных клубов краны с водой отключали и газировку запрещали?

— Нет, ничего такого не было. Ты – профессионал, консультируйся с клубным врачом и сам за собой следи. А выйдешь из рабочего веса или утратишь скорость – пеняй на себя.

Что интересного в Аяксе было – существовала традиция, что вся команда садится за стол вместе. То есть, приходишь в столовую или ресторан – сперва со всеми стоишь в фойе, общаешься. И лишь когда все соберутся, заходят и рассаживаются. И также было после трапезы – только когда последний покушает, все могут встать. Заходим вместе и питаемся вместе за общим круглым столом.

Так же и с экипировкой: если договорились выходить в костюмах, то все в костюмах. Если в шортах и футболках – то все вместе.

— Интересно, номер вы себе выбирали, или на каждый матч давали новый?

— Сначала мне достался №7 – Мишел Креек перешел в итальянскую Падую, а я как раз прибыл. Затем уже был под №24.

«Мог забивать в первом же международном матче»

— Вы сыграли всего пять матчей за первую команду Аякса за все время контракта.

— Мне еще очень не повезло, что довольно долго, чуть ли не полгода, их министерство не пролонгировало мне рабочую визу. Пока они рассматривали заявку, я мог играть только за дубль. Вот тогда, уже через года два проживания в Нидерландах, чтобы иметь возможность оформлять документы и визы, я получил в украинском посольстве украинский паспорт вместо ссср-овского.

А в остальном, я был реалистом – понимал, какие люди играют в этой команде. Луи ван Гал хорошо ко мне относился, после тренировок он мне рассказывал, объяснял. У меня из-за языкового проблема с этим были проблемы – ставили и нападающим, и под нападающим, и слева, и справа.

— Тактика ван Гала – классические голландские 4-3-3?

— Да, причем, как мне объясняли тогда в клубе, это исконно аяксовская схема, которая многие десятилетия остается неизменной в этой команде. Все дети по всей клубной вертикали играют по этой атакующей схеме.

— И вот 17 марта 1995 года вы дебютируете в основном составе Аякса – сразу в старте вместе со всеми звездами против скромного Волендама. Почему так и не удалось забить в будущем довольно известному вратарю Цутебиру?

— Играл нападающего, Клюйверт – чуть ниже подо мной (в системе Аякса «десятка» и «девятка» меняется, можно отскакивать в недодачу). Не знаю, почему, было волнение. Сама игра не задалась: уже в начале игры прошли две замены, меня ван Гал заменил на Мусампу в перерыве. Закончили 0:0, хотя Волендам был аутсайдером.

— Это что получается, Аякс – клубный чемпион Европы и, по сути, мира, не мог в родном первенстве побеждать на классе?

— Аякс был на три головы сильнее всех. Просто были такие моменты, как усталость или нагрузки в подготовке перед Лигой чемпионов. Потому могли дать отдохнуть нескольким лидерам. А в целом у ван Гала выделялась основная обойма 14-15 человек, которая и тащила на себе команду весь сезон.

Андрей Демченко – крайний справа в нижнем ряду

— На всех трех командных фотографиях триумфирующего Аякса – после матчей с Миланом, Сарагосой и Гремио – вы вместе со всеми, либо в строгом костюме, либо в спортивной амуниции клуба. Ощущали, что это ваши победы, или, как запасной, не могли чувствовать к ним причастность?

— Нет, если честно, я прекрасно понимал, что был там авансом – молодой парень, которому дали большой шанс попробовать себя в этой команде. Да, я с ними тренировался, проходил все сборы. Помню, перед финалом Лиги чемпионов с Миланом прошел все заграничные сборы, но не попал в 18, с Сарагосой в Суперкубке УЕФА дебютировал, имел реальные шансы сыграть и в Межконтинентальном кубке, но Гремио затянул до серии послематчевых пенальти. И я, как теперь уже тренер, понимаю ван Гала, который не рискнул на «лотерею» поставить 19-летнего игрока.

Читайте также: Однажды в Сахаре: как после Зари и Шахтера бывший хав юношеской сборной Украины оказался в сборной Алжира

— Ваш международный дебют – ответный матч Суперкубка УЕФА против Сарагосы. В котором вы могли забивать, пожалуй, первым же касанием…

— К тому времени уже все было решено – ничейный выезд завел Аякс, так что к моменту моего выхода вместо Клюйверта счет был уже разгромным. Было очень приятно выйти на Олимпийский стадион Амстердама в таком матче. Аякс был настолько сыгранным и сильным, что просто рвал соперника. Люди думали, что это – творчество, а на самом деле все было наиграно, доведено до автоматизма. По сути, в атаках было 3-4 варианта развитий событий, мы их заучивали, запоминали, а потом на автомате всё разыгрывали на высокой скорости.

Как раз в матче с Сарагосой был такой момент. Кажется, Богард вырезал фланговую подачу, а я пошел и замыкал головой. Просто убойный момент, вроде сделал все правильно, но игра головой – не мой конек, попал не в центр мяча, а макушкой замыкал, мяч пролетел выше. Ребята поддержали: «Все о’кей, молодец».

«С кубками плавали по каналам Амстердама»

— Как молодая команда праздновала эти большие победы?

— Да как обычно – футболисты в этом плане не отличаются. Собирались в кафе, на закрытые вечеринки, на открытые вечеринки. У них заведено, если команда что-то серьезное выиграет – парад по городу. Бывало, прыгали все на баржу, кубок – на самое видное место, и по каналам Амстердама! Само собой, открытый автобус и почетный проезд. А в конце – подъезжаем к большой сцене, откуда уже тренеры и футболисты обращаются к болельщикам.

— Аякс был цельным коллективом или существовали группировки?

— Ван Гал это все нивелировал. Когда мы ехали в Грецию на сборы перед финалом ЛЧ, АЕК нам предоставил свою базу. И вот пока мы ехали на автобусе туда, ван Гал всем расписал, кто с кем будет жить по комнатам. И принцип был – не кто кому нравится, а опытный с молодым. Я думаю, в этом есть педагогический шаг по самодисциплине.

Бывает такое: кто-то кому-то в коллективе импонирует, а кто-то чуть ли не враждует. Так вот, ван Гал знал всё это и мастерски сглаживал. Нельзя было быть в его команде и ставить себя в стороне от коллектива.

— О группировках спрашиваю не зря: на Евро-96 Нидерланды ехали одним из фаворитов, но громко провалились, а в прессе обсуждали конфликт Хиддинка с игроками, а самих футболистов – между собой. Ваши аяксовцы там были в изобилии, что рассказывали?

— Это то же самое, что мы говорили о звездной болезни. Когда молодые футболисты достигли определенного уровня, понеслось. Были конфликты между Давидсом и Клюйвертом, Зеедорфом. Между афро-голландцами и белыми голландцами. Между людьми из разных клубов. Вот тут упущение Хиддинка – у ван Гала тоже играли непростые личности, но он такого не допускал.

— При вас последний сезон в карьере проводил «обладатель всего» Франк Райкард. Как он ставил себя в коллективе с «салагами»?

— Он – Человечище с большой буквы! Со всеми ставил себя равно, готов был подсказать, рассказать. Мне кажется, что чем круче человек, тем он проще. То же самое – Микаэль Лаудруп. Он прибыл к нам в Аякс после Юве, Барсы, Реала, но я от него ощутил ту же человечность и теплоту к коллегам.

Расскажу, как приехал уже после карьеры в Голландию, чтобы посетить людей, у которых жил. Райкард шел по другой стороне улицы, мог бы пройти мимо – ну, какой-то там Demtsjenko, полгода вместе в команде побыли. Но он сам меня окликнул, пригласил на кофе, дал советы по футболу и жизни. Франк – настоящий профи и очень душевный человек. Это запомнилось.

— А ведь это огромный диссонанс с публичным образом Райкарда – и футболиста жесткого, и тренера задиристого, да и вообще – тот плевок в Феллера на чемпионате мира 1990 года до сих пор в памяти…

— Райкард – мистер спокойствие. Я не знаю, как Феллер его достал, чтобы Франка так раздраконить. Это запутанная история, он совсем не такой.

— Он был полузащитником, но в финале Лиги чемпионов 1995 года против Милана вышел в паре с Блиндом в центре обороны. Так и полагается будущему тренеру, умеющему читать игру?

— Ну, во-первых, да – он отличный мастер, шикарно видел поле, мог очень в тему подсказать. То, что Райкард покажет себя и как тренер, можно было предугадать. Но еще и Аякс – это клуб с отлично поставленной игровой моделью. То есть, в игре без мяча это 4-3-3. Но, когда шло наступление из глубины, или Франк, или Данни Блинд могли без проблем выдвинуться вперед, в центр поля, и у нас получалось уже 3-4-3.

«Всегда вокруг звезд есть какие-то провокаторы. В Аяксе в большинстве случаев упреждали эти действия, но не всегда…»

— В той команде Аякса столько звезд, что хочется поговорить обо всех. Начнем тогда с ван дер Сара.

— Эдвин мне запомнился как очень понимающий и ответственный вратарь. Даже так, он мыслил не как голкипер, а как полевой игрок. Когда мы играли в держания или квадраты, и вратари были с нами, ван дер Сар практически не заходил в квадрат. Ногами играл преспокойно.

Читайте также: ТОП-5 знаковых матчей имени Марко Девича в истории украинского футбола

— Патрик Клюйверт забил свой самый важный мяч как-то неэстетично – в полушпагате, ткнул в ворота Милана. Его сын Джастин, кажется, в плане техники значительно превзошел отца…

— Ну, Патрик ведь играл форварда-башню, столпа. Через него часто обыгрывались, сам он отлично себя чувствовал как в борьбе в поле, так и у ворот. Джастин в этом плане совсем другой, играет на краю, нуждается в технике, скорости и обыгрыше. Больше в этом плане похож на Овермарса, Бабангиду, Хукстру.

— В чем феномен Литманена, который из не очень футбольной страны пробился в топ-футбол?

— Как сейчас анализирую, он очень четко выполнял все тактические требования ван Гала. Был практически незаметен, но много забивал из глубины. Атаковал, как «десятка», со второго темпа. Они с Клюйвертом роскошно друг друга взаимодополняли.

— Как различали братьев де Буров?

— Франк был более серьезным, расчетливым. А Рональд – веселый, «рубаха-парень». Очень большая разница между ними и в игре – Рональд был чисто атакующим игроком любой позиции, Франк занимался сугубо защитой, слева или в центре.

— Давидс уже тогда имел проблемы со зрением, а Кану – с сердцем?

— Нет, уже позже об этом узнали.

— Кто самый быстрый игрок того Аякса?

— Возможно, Овермарс. Совершенно взрывной футболист.

— В команде было много африканских ребят. Все ли они были реального возраста? Ведь тот же Финиди в своих лет 25-26 был с такими солидными уже залысинами…

— Нет, думаю, селекционная служба Аякса хорошо знала, кого приглашала. Джордж, кстати, отличный парень – позже встречались на сборах, вспоминали совместные годы. По-моему, он остался жить в Амстердаме.

— Для нас в середине 90-х вообще в новинку был мультикультурализм. А как делили жизненное пространство, скажем так, коренные голландцы и приезжие из Суринама, Марокко и так далее?

— Вообще никаких вопросов. В команде не было расизма или нетерпимости.

— Говорите – Аякс не самая хулиганистая команда. Но тот же Клюйверт фигурировал и в деле об ДТП с жертвами, и в деле об изнасиловании…

— Всегда вокруг звезд есть какие-то провокаторы, люди, что их вынуждают на действия. Молодежь не всегда может распознать провокацию, так было, наверное, и с Клюйвертом. Но в большинстве случаев менеджмент Аякса упреждал эти действия.

«Чтобы прийти на тренировку пьяным на следующее утро – такое в Аяксе вычудил только один игрок»

— Аякс уже тогда вел активную международную торговлю. Футболистов продавали и отправляли в аренду и в Серию А, и в Ла-Лигу, и даже в Китай с Японией. Почему же вы тогда пошли в аренду именно в ЦСКА?

— Меня там знали, и Павел Садырин хотел меня видеть. Я подумал: если в Аяксе все равно играть не буду, лучше на полгода уеду в ЦСКА, получу игровую практику – а там и конкурентов распродадут. В ЦСКА я ощутил впервые за два года, что это – играть. Но в России круг заканчивался на 20 дней позже, чем чемпионат Голландии. С ван Галом у меня была договоренность, что я свой отпуск продлю. А тут как раз сменился главный тренер, о чем я не знал.

Датчанин Мортен Ольсен провел сборы, наиграл состав (в том числе, земляка Йеспера Гронкьяера – моего непосредственного конкурента, которого он пригласил). А тут я являюсь… Получился небольшой конфликт. Он меня отправил в дубль, хотя предыдущее руководство знало, почему я задерживаюсь из отпуска.

В итоге я полгода пахал с резервом, пока не доказал, что имею право играть и меня не вернули к тренировкам с основой.

— Вы застали уже другой Аякс – прежние звезды, в основном, распроданы. Зато появились наши люди – грузины Кинкладзе и Арвеладзе.

— Кинки из Англии приехал, у него была супер-машина, жил в гостинице, практически ни с кем не общался. Возможно, потому коллектив его и не принял. А вот Арвеладзе быстро нашел со всеми общий язык, принялся забивать. Общительный, веселый пацан. Завоевал место в основе и не отпустил его.

— В позднем Аяксе были ребята, которые могли повторить путь Зеедорфа, Давидса и Клюйверта?

— Вот мне Тарик Улида очень нравился – шустрый и техничный полузащитник. Ушел в Севилью, потерялся. Мартин Ройзер – тоже быстрый, умелый с мячом. В Ипсвиче раскрылся. Нордин Воутер был очень перспективным, Арно Шплинтер тоже играл и забивал, но быстро карьера закончилась.

— Но главный трэш этого поколения – это история Дани. Забивал по два в Лиге чемпионов, вызывался в сборную Португалии, но завершил карьеру годика эдак в 27. Что случилось-то?

— Проблемы с дисциплиной. Любил «повисеть», погулять, оттянуться. Больше в Аяксе таких ребят не встречал. Все любили погулять на вечеринках, но таких загонов, как у Дани, не было – чтобы прийти на тренировку пьяным на следующее утро.

— В стране «легалайза» это, вероятно, не самая большая проблема. Извините за такой вопрос, а сами-то не пробовали?

— Первый же допинг-контроль «засыпал» бы. Лига чемпионов, чемпионат – я часто в запасе. Надо быть дурачком, чтобы об этом не думать.

— Тем не менее, надо же было спускать пар…

— Бывали закрытые вечеринки. Футболисты – популярные люди, с ними любят потусить. На такие party посторонние не имели допуска, на входе стояли бадигарды, фейс-контроль, все дела. Заходят либо люди из команды, либо те, у кого были пригласительные. Танцевали, пили коктейли. Но чего-то сумасшедшего никто не делал.

— Папарацци не донимали звезд Аякса, как это принято в той же Великобритании?

— Да нет. Только раз команда была «под осадой» – когда Клюйверт сбил кого-то машиной. Да и то дело рассматривали в открытом режиме, адвокаты Патрика все разрулили, нужды «прессовать» всю команду у СМИ не было.

— Оглядываясь назад, был ли какой-то реальный шанс зацепиться за место в основе Аякса?

— Ну вот судите сами: Клюйверт, Кану и Литманен как конкуренты в атаке, затем Арвеладзе с Маккарти. Овермарс, Хукстра, Воутер, Мусампа, Лаудруп, Финиди, Бабангида, Рональд де Бур. И это я не говорю о полке очень талантливых ребят во главе с Дани, кто не реализовал себя, но был в конкуренции! Меня-то брали на перспективу, шансы были, но, может, не всех продали, кого могли, вот и вакантные места не появились.

«Сейчас Металлист 1925 старается играть по схемам Аякса ван Гала»

— С 1994 по 1998 год вы провели за Аякс пять официальных матчей. Лучший из них?

— Вероятно, в сезоне 97/98 против Де-Граафсхапа. После того, как я опоздал с аренды и на полгода отправился во вторую команду, я очень старался. По резервам где-то 25 мячей забил. Вот и получил шанс – под конец чемпионата и моего контракта.

Выиграли в гостях 8:1, я заменил Витчге и отдал голевую на южноафриканца Бенни Маккарти. Но в том матче даже ван дер Сар забил. С пенальти…

— Говорят, вы были первым «евробляхером» Украины.

— Что?.. Да это навет чистой воды. Наклеп со стороны агента, который недополучил свои деньги и обиделся. На самом деле, у меня в Лондоне учился друг. Приехал ко мне в гости на каникулы и попросил: «Андрюха, помоги мне купить машину, я в Лондоне вещи забыл, куплю, чтобы съездить забрать и домой поехать». Я его повез в Бельгию, чтобы там ему помочь купить на опыте. А Костя Сарсания обиделся, что недосчитался агентских, потому и эту «мульку» запустил, и еще рассказывал, что я какую-то бильярдную открыл, и что с ван Галом торговался за последний гульден. А на самом деле я нормальный профессионал – играл, старался.

Хотя, это я со временем понял, это они, агенты, должны были отстоять первую договоренность. Меня продавали из ЦСКА в Аякс за миллион долларов, и у каждого был свой интерес – и у клубов, и у агента из Бельгии, и у Кости. Только мои интересы были в стороне. Ему сказали тогда: «Если твой игрок не подпишет, мы с тобой закончим работать». Вот он и сделал так, что я подписал контракт на худших условиях, чем оговаривали в Москве, а также свой бонус отдал в честь будущего контракта моего, что мне обещалось. Недополучил свое и начал мне мстить. Зато с тем агентом Сарсания смог продолжать работать, следствием чего стали трансферы Хохлова в ПСВ, Шукова в Витесс, Ковальца в Твенте, Петрова, Темрюкова… На этом уже можно было хорошо зарабатывать.

А еще какая история была! Мало того, что зарплата похуже, чем обещалась изначально, так еще и никто из агентов мне не подсказал и я много лет по 60% налогов платил в голландскую казну! Уже когда Шота Арвеладзе пришел, он мне объяснил: «Зарегистрируйся в Украине, ты ж резидент другой страны, подай в иностранную налоговую службу, объяснить ситуацию, что ты платишь там и плати 10-15% налога». А меня привезли, чтобы сорвать куш и обмануть молодого мальчика, поэтому и произошел такой конфликт.

— Говорят, что на вашей карьере сказался демарш братьев де Буров, которые, чтобы покинуть Аякс, пошли на какую-то забастовку, что сказалось на пролонгации контрактов многих резервистов…

— Был бы я нужен – мне бы контракт продлили.

— А говорили, что с вами расстались из-за нарушения режима на сборах в Дании…

— Это неправда, кто-то придумал. Ко мне по части режима у тренеров не было претензий.

— Но при этом, в определенном смысле, вы стали «жертвой» дела Босмана. Вы и даже в большей степени запорожский Металлург…

— Да. Тогда действовало еще правило, по которому контракт молодого игрока заканчивался, но еще два года права на наго принадлежали его клубу. Вот Металлург и платил за аренду Аяксу.

— Каким застали чемпионат Украины?

— Мне было радостно играть, быть дома. Я ведь долго не имел стабильной игровой практики, а в Металлурге ее получил. Помню, дебют у меня был с Шахтером. Уже на 3-й минуте плюхнул с угла в дальнюю девятку, открыл счет. Вели 2:0, в итоге уступили 2:3.

— Говорят, у запорожского клуба были конкретные предложения по вас от Динамо и Шахтера. Почему в итоге в лучшие годы так никуда и не перешли?

— Было приглашение от Яремченко, но Металлург и Шахтер между собой не договорились – одни хотели больше, другие – меньше. Так было и через полтора года, когда я забил хороший мяч Шахтеру на стадионе «Торпедо». То два миллиона хотели, то один миллион. Вот я оставался лет восемь в Металлурге. Но на родное Запорожье не в обиде – было много хорошего, выходили в еврокубки. Мечтаю, чтобы возродилась футбольная слава Металлурга.

— Не обидно, что прецедент Милевского случился позже? Иначе вы, заигранный за другую молодежную сборную украинец, могли бы сыграть за родную национальную сборную…

— Случилось, как случилось… Да, где-то в 2001 году Валерий Васильевич меня называл в списке кандидатов в сборную Украины. Но тогда юристы изучили вопрос, что я не имею права – заигран за Россию. Хотел ли играть за сборную Украины? Конечно! Национальная команда для любого футболиста – это высшее достижение! Тем более, если сам Лобановский считал, что я достоин…

— Сейчас вы – главный тренер Металлиста 1925. Есть ли в вашей работе что-то от аяксовской школы?

— Да, стараюсь играть по схеме ван Гала 4-3-3. Я – адепт зрелищного, атакующего футбола. Многое запомнил навсегда из аяксовских тренировок. Все знания, что я там перенял, использую в работе.



вариант материала

Sport Arena запустила блоги. Общайтесь, обсуждайте, спорьте.

Источник: Sportarena.com

Добавить комментарий
Читайте также
Или аккаунт Sportarena
Внимание

Изображение
Выбрать файл
Добавить цитату
Внимание

Вы уверены, что хотите удалить этот комментарий?

Внимание

Вы уверены, что хотите удалить все комментарии пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите отклонить комментарий пользователя?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в спам?

Внимание

Вы уверены, что хотите переместить комментарий пользователя в корзину?