Sportarena

Одноглазый Король. Тостао и его путь на ЧМ-1970

История "второго пилота" Пеле, в третий раз сделавшего Бразилию чемпионами мира.

Одноглазый Король. Тостао и его путь на ЧМ-1970 - Чемпионат мира-2018

Тостао празднует гол в ворота Перу в четвертьфинале ЧМ-1970, Getty Images

На календаре 15 июля 1966 года. Пеле, травмировавшийся тремя днями ранее, молча наблюдал за игрой с трибун Гудисон Парк – его партнеры по сборной никак не могли справиться с соперниками из Венгрии. Звездный нападающий, получивший повреждение вследствие грубого подката в матче против Болгарии, стал свидетелем того, как мадьяры усилиями Ференца Бене забили быстрый гол, а затем еще дважды потревожили Жилмара во втором тайме.

Единственной отдушиной, хоть как-то смягчившей напряжение, оказался девятнадцатилетний паренек по имени Эдуардо Гонсалвес де Андараде или просто Тостао. Талантливый форвард, до этого покорно сидевший за спиной Короля, появился с первых минут на острие атаки и отличился голом, подарившим призрачную надежду на успех.

В третьем туре чемпионата мира Пеле, стиснув зубы, вышел на поле – Висенте Феола, прекрасно осознавая, что стоит на краю пропасти, решил положиться на проверенный вариант, тем самым вновь усадив юное дарование на скамейку запасных. К сожалению, опытный тренер просчитался – кумир нации, прихрамывавший весь поединок, ожидаемо не показал ничего конструктивного в борьбе с вышколенной португальской защитой. Зато по ту сторону баррикад феерил Эйсебио – Черная пантера совершила два элегантных прыжка, размашистой лапой отправив оппонента в глубокий нокаут. 1:3 – согласитесь, худшего сценария и не придумать.

Бразилия, провалившаяся в группе, с позором возвращалась домой. Но не забыла бросить монетку на удачу.

* * *

Монетка или копейка – так прозвали в детстве маленького Эдуардо. Тостао и в правду рос мелким, щуплым и физически слабым мальчиком, попавшим в футбол в большей степени благодаря связям отца, когда-то защищавшего цвета Америки Минейро. Однако на момент 1966 года никто и близко не сомневался в профпригодности исполнителя – он как раз вел за собой Крузейро к первому в истории клуба золоту Taça Brasil (предшественницы Серии A).

В декабре Лисы вышли в финал (до 1971-го чемпионат разыгрывался по олимпийскому принципу), где бросили вызов Сантосу с Пеле, Карлосом Альберто Торресом, Зито и Коутиньо. Результат более чем впечатляющий – в Белу-Оризонти Тостао приложил руку к разгрому в виде 6:2, а на выезде в Сан-Паулу помог команде одержать верх со счетом 3:2.

Это был настоящий фурор – если раньше игрока сравнивали с Королем в шутливой форме, то теперь относились к нему с повышенным любопытством. Глупое фото, сделанное во время празднования трофея, лишь подлило масла в огонь.

«Мы праздновали в раздевалке, и кто-то, думаю, репортер, появился с короной, положив ее мне на голову. На следующий день это появилось в газетах с заголовком «Тостао – новый король футбола». Я не хотел выходить на улицу, так как мне было стыдно за фото. Я чувствовал себя узурпатором трона, фальшивым королем. Я знал свой предел – я был лучшим игроком, но я не был Пеле. Никто не мог ставить себя выше него», – так рассуждал виновник сенсационного торжества.

А зачем, собственно говоря, узурпировать трон, если действующий правитель сам сложил полномочия? Пеле, раздраженный критикой и фиаско, допущенным на полях Англии и проигрышем Крузейро, обявил об уходе из сборной. Страна с шоком наблюдала за событиями, происходившими внутри федерации и Селесао – коллектив передавался из рук в руки Карлосу Фронеру, Марио Загалло, Антониньо, Бижу и Доривалу Книппелу, пока Жоао Авеланж не устал и не назначил Жоана Салданью. Общественность покрутила пальцем у виска и еще больше возмутилась – как это чиновники додумались возложить такую ответственность на горе-защитника Ботафого и журналиста?

Тем не менее, новоиспеченный менеджер принял несколько, на удивление, здравых шагов – добился возвращения Пеле, привлек к играм перспективную молодежь, взял под контроль право составлять костяк команды и сделал ставку на Тостао.

«Салданья позвонил мне и спросил: «В чем проблема, когда ты играешь?». Я ответил: «У меня нет проблем, кроме того, что каждый тренер, кажется, считает меня запасным Пеле». «С этого момента все кончено: ты первое имя, опережающее Пеле. Только разберитесь между собой» – сказал тот»,– вспоминал Эдуардо.

Тостао и Пеле

Благодаря выбору наставника юноша провел бесподобный отборочный цикл – в двенадцати встречах окрыленный нападающий разразился десятью голами, став лучшим бомбардиром южноамериканской квалификации. Ликовал и Салданья: его подопечные ни разу не уступили, при этом забив двадцать три мяча и пропустив только два. Разве не повод для оптимизма? Как бы ни так – уже вскоре и тренер, и футболист получили мощнейший удар под дых. Первым пострадал Тостао.

Тот дождливый сентябрьский день 1969-го Эдуардо вряд ли когда-нибудь вообще забудет. Крузейро наведался в гости к Коринтиансу, но игроки обеих команд больше занимались дайвингом, нежели прямыми обязательствами – из-за ливня газон Пакаэмбу превратился в сплошную болотную жижу. Тостао, намереваясь сделать финт, поскользнулся – в эту же самую секунду защитник Мушкетеров Дитао, действовавший против форварда, со всей силы ударил по мячу. Все погрузилось в темноту.

Мокрая и тяжелая сфера угодила в левый глаз. Вердикт врачей – отслоение сетчатки и полгода на больничной койке. И это за восемь месяцев до старта мундиаля в Мексике.

«Я старался сохранять спокойствие. Сложнее всего была неопределенность, но постепенно я обрел уверенность, надеясь, что все наладится. Я все спланировал: операция в октябре, шестимесячное время для восстановления, затем усиленные тренировки в апреле, и в июне я буду на чемпионате мира. Все именно так и вышло», – рассказал футболист.

Одним из решающих факторов, хотя бы временно успокоивших Тостао, стала поддержка и слепая вера Салданьи – коуч всегда защищал форварда от нападок прессы и лично пришел провожать того в аэропорт, когда Эдуардо отправлялся в Хьюстон на операцию к известному офтальмологу Роберто Море.

«Если бы Салданья не был главным, я бы не попал на чемпионат мира. В тот день, когда я летел в США на операцию, тренер, которому нравились свои же напыщенные заявления, отправился в аэропорт. Он был окружен репортерами, сказав следующее: «Я буду ждать Тостао в раздевалке до того момента, пока мне не придется сдать командный лист». А журналисты говорили: «Ему придется тренироваться, и у него нет времени для восстановления». Салданья выкрикнул в ответ: «Да ему вообще не надо тренироваться!»

Тостао верно отметил – Салданья любил напыщенные заявления, которые, в конце концов, и погубили его тренерскую карьеру. Жоан обожал эпатировать и на фоне верхушки, наглухо запершейся в кабинетах федерации, поистине выглядел белой вороной. Эдуардо едва не лишился глаза в сентябре, а уже в октябре президентское кресло занял генерал Эмилиу Гаррастазу Медиси – с назначением военного диктатора у острого на язык наставника начались проблемы.

Глава страны принялся корректировать список исполнителей, проталкивая в сборную нападающего Атлетико Минейро Дада Маравилью, но Салданья ответил категорическим отказом: «Игроков выбираю я. Когда президент выбирал себе министров, он не спросил моего мнения».

Одного этого высказывания хватило для того, чтобы перевернуть все с ног на голову – сомнительно, что подобные вещи мог пропустить сквозь уши милитарист и профашистский политик, ратовавший за расовую сегрегацию. К команде были приставлены полицейские, а персонально за Салданьей вел наблюдение его же ассистент Клаудио Коутиньо, выжидавший малейшую ошибку – стоило Жоану заикнуться о неудовлетворительных кондициях Пеле (у того испортилось зрение), как и так эксцентричного коуча сочли сбредившим, указав на дверь.

«Это было явное политическое намерение. Ходили слухи, что Клаудио Коутиньо отправился в столицу, чтобы встретиться с кем-то из властей, уже там зародилась мысль избавиться от Салданьи. Нет сомнений в том, что его хотели выгнать – ведь вместе с командой всегда находилось несколько военных чиновников. Однажды Салданья в выходной день появился пьяным на базе, и его сфотографировали журналисты. Он бредил. Явно был человеком, который любил придумывать вещи и фантазии, а затем верил в то, что они были правдой. Он сказал, что у Пеле проблемы со зрением! Возможно, он сделал это, чтобы вызвать какой-то конфликт и иметь причину для ухода с работы», – приоткрыл занавес Тостао.

Жерсон, Пеле и Салданья, famososquepartiram.com

Болельщики встали на защиту Салданьи, но народное мнение ожидаемо не помогло – в марте 1970-го тренера официально уволили, а вакантное место досталось Марио Загалло. Спустя восемь недель Тостао вернулся в расположение команды, однако не встретил какого-либо одобрения со стороны штаба. «Ты – резервист Пеле», – сухо и кратко проинформировал Загалло.

В принципе, это было и так понятно – Ривелино, Жаирзиньо, Жерсон и быстроногий Карлос Альберто на фоне Эдуардо смотрелись настоящими истуканами. Он же выглядел болезненно и, по мнению Марио, мог предложить немногое – ну кому нужны грация, пластичность и финты? Правда, рулевой Желто-зеленых совсем забыл о джокере футболиста – в отличие от многих игроков, шедших тупо напролом, Тостао обладал исключительным умом и видением поля.

Загалло долго ломал голову над поиском подходящего помощника Пеле, готового подыграть и отдать выверенный пас – для этого он испробовал на позиции «ложной девятки» вышеупомянутого Маравилью и Роберто Миранду из Ботафого. Не срослось – оба «чистых» форварда подолгу возились с мячом или же попросту лупили из глубины по воротам, так и не сумев найти общий язык ни между собой, ни с Королем.

«Ну-ну, пусть они играют сейчас, а я пока потренируюсь», – думал про себя Тостао. И был чертовски прав – Марио, не выдержавший безобразия, царившего на тренировках, подозвал к себе Эдуардо.

«Да, Загалло ошибся. Стиль Роберто и Дады абсолютно не подходил для того коллектива. Пеле, Ривелино и Жерсону не был нужен нападающий, который в основном будет стоять на месте, ожидая мяч. Они нуждались в другом типе футболиста – игрока с моими характеристиками. На самом деле у меня было больше интеллекта и скорости мысли, чем техники. Я думал быстро, и это то, чего требовал Пеле – когда он смотрел на меня, я уже знал, чего он хочет. Вы должны соответствовать его мышлению. Пеле любил взаимодействовать с партнером, он зависел от него. Я был, грубо говоря, атакующим полузащитником, выступал в качестве опоры и поддерживал вышедших за мной суперзвезд», – резюмировал нападающий.

Загалло выдохнул с облегчением – наконец-то ключевая проблема вроде бы решена. Тостао выполнял задачи просто великолепно – по манере он напоминал Андреса Иньесту лучших лет, также уверенно координируя игру и адресуя точнейшие передачи. Да, берег себя, нехотя вступал в силовую борьбу и механически прикрывал лицо при исполнении штрафных соперником, но Марио большего и не требовал – он и так еле-еле отошел от шока, когда Эдуардо предстал перед ним с глазом, налитым кровью. Не поверите, всего лишь двухсторонка – мяч вновь попал по лицу, и вот футболист уже корчится на газоне от невыносимой боли. А что же будет на ЧМ?

«Тренерский штаб выразил обеспокоенность, потому что у меня было кровотечение. Мой глаз был весь красный. Жерсон был в ужасе! Поэтому для меня поспешно вызвали Роберто Мора из Хьюстона. Он приехал, осмотрел меня, сказав, что проблем нет, и я могу играть. Позже он, приглашенный Бразильской федерацией, наблюдал с трибун за всеми играми. В конце концов, когда мы выиграли Кубок мира, я подарил ему свою медаль», – так отблагодарил Тостао своего спасителя.

В Мексику Эдуардо прибыл в ранге беспрекословного игрока стартового состава, сходу продемонстрировав высочайший класс и самоотдачу – в дебютном групповом матче Бразилия на одном дыхании уничтожила Чехословакию, одержав убедительную победу 4:1. Во втором туре южноамериканцы встретились с англичанами, пребывавшими в статусе действующих чемпионов мира, и на Тостао была возложена серьезнейшая миссия – именно он должен был опекать на левом фланге Алана Болла, мешая его связи с Чарльтоном, и в случае атаки давить на Бобби Мура. Позже капитан Трех львов признавался, что ему было невероятно сложно сопротивляться Эдуардо, а сам поединок назвал «лучшей игрой, в которой он когда-либо участвовал.

Идея сработала – нападающий перекрыл кислород и Боллу, и Чарльтону, позволив остальным членам команды с лихвой воспользоваться свободным пространством, образовавшимся в средней линии. На 59-й минуте Жаирзиньо переиграл Гордона Бэнкса, на 63-й сэр Альф Рэмси убрал с поля откровенно бесполезного Бобби, а еще через пять минут заслуженный отдых получил Тостао – он свое дело сделал.

Как Жаирзиньо поражал ворота Гордона Бэнкса

Триумф над британцами во многом стал переломным – дальше Селесао было практически невозможно остановить. Обыграв Румынию 3:2 и набрав в квартете шесть очков, Загалло и компания в четвертьфинале смели с поля Перу – Эдуардо расщедрился дублем, приложившись к общему разгрому 4:2. В матче 1/2-й исполнитель изрядно пощекотал нервы уругвайцам, совершая удары с различного расстояния – он едва не забросил мяч «за шиворот» голкиперу Ладислао Мазуркевичу, пробив от центрального круга.

И хотя Чарруа первыми вышли вперед, бразильцы таки переломили ход противостояния – сначала Клодоалдо восстановил равновесие, а затем Жаирзиньо, принявший мяч от Тостао, искусно прошел оборону и разобрался с Мазуркевичем. Вишенкой на торте стал гол Ривелино, снявший все вопросы за минуту до окончания второго тайма – так Селесао выбрались в финал.

Чтобы издевательски легко положить на лопатки Италию – Скуадра Адзурра, раздираемая внутренним конфликтом, возникшим на почве длительной ссоры Феруччо Валькареджи и Джанни Риверы (алленаторе предпочел обладателю Золотого мяча Алессандро Маццолу), пропустила четырежды. Это была кульминация и пик славы Тостао – он вошел в пантеон великих, справившись со всеми преградами, встреченными на своем тернистом пути. Справившись с самым собой. От того и очень жаль, что дуэль с итальянцами стала для него, по сути, лебединой песней.

В двадцать шесть лет Эдуардо повесил бутсы на гвоздь – в 1972-м врачи вынесли неутешительный приговор: плохое зрение несовместимо с профессиональным футболом. Каждый раз, появляясь перед многотысячной публикой, Тостао рисковал здоровьем – в один миг он мог полностью ослепнуть на левый глаз. В итоге игрок сделал единственно верный выбор – ушел с чистой совестью и непобежденным.

Но не забросил борьбу – на сегодняшний день бывший кумир миллионов является профессором медицинских наук, успешно сражаясь с глазными болезнями. И правильно – а вдруг он даст шанс новому Тостао?


Добавьте «sportarena.com» в свои избранные источники Google News (просто нажмите звездочку)

Источник: Sportarena.com

Или аккаунт Sportarena